Пой, бард, о победе, пой!
Твоя королева всегда с тобой!
Пой, бард, о победе, пой!
Славу и доблесть скорее воспой!
Умер проклятый фирболг от ран,
Издох под пятой короля.
От края земли до полуночных стран,
Ликуй, веселись, земля!
Пой, бард, о победе, пой!
Твоя королева всегда с тобой!
Пой, бард, о победе, пой!
Славу и доблесть скорее воспой!
— Прошу прощения, ваше величество, — шепнул Роланд Мэбилон, — я не настолько хорошо знаю историю вашего народа, но не будете ли вы столь любезны уточнить, о каком историческом событии повествуется в песне? Кто из…м-м… предшествующих королей отличился в сражениях с фирболгами?
Лиловые глаза вспыхнули, как два газовых фонаря:
— Предшествующих королей? Мой повелитель, это о тебе! Не каждый этой чести удостоен!
— Как — обо мне? Но ведь я практически не участвовал в охоте! Я просто стоял и смотрел… Уж если о ком-то петь, то об этом юноше, — он указал на юного рыцаря, который вернулся к своей сестре и внимательно слушал песню. — Это была его победа…
— Но честь досталась вся тебе! Он — лишь арлен! С него довольно кубка.
Слово «арлен» было новым, хотя он слышал его пару раз. О чем Роланд прямо и сказал.
— «Заложник», — пояснила королева и отвернулась, давая понять, что последние строфы песни о несуществующей победе намного интереснее, чем разговор о ком-то, кто не стоит внимания.
Роланд внимательно всмотрелся в смуглые черты юноши. Да, он вспомнил, что арленов видел уже несколько раз. Их было не так много, и появлялись они лишь в толпе, не попадаясь на глаза в другое время. Но чьи они заложники? Кто их родители? Да, видимо, все не так уж просто в этой волшебной стране…
Дженнет могла сказать то же самое. Она брела по садовой дорожке между кустами цветущих роз и гортензий. Голова уже начинала кружиться от аромата цветов, и девушка мечтала только о том, чтобы выйти из цветника-лабиринта. Но — увы! — видимо, в начале прогулки она так замечталась, что свернула не в ту сторону и сейчас никак не могла выйти на нужную тропинку. Не лезть же напрямик, цепляясь платьем за колючки? Хоть бы встретился кто-нибудь, кто помог бы ей выйти отсюда на лужайку!
На ее счастье, высота кустов была не такой уж большой — по грудь, и лишь встречавшийся иногда жасмин поднимался выше головы. Так что, пройдя совсем немного, она увидела невдалеке знакомого юношу. Тот, видимо, не просто прогуливался по лабиринту потому, что, заметив девушку, махнул рукой:
— Леди Джиннин! — здесь ее имя переиначили на свой лад.
— Ох, наконец-то, — вырвалось у нее. — Какое счастье!
— Постойте, я сейчас!
Юноша прибавил шагу и через несколько минут был уже рядом. Девушка протянула ему руку, которую он аккуратно поцеловал:
— Счастлив видеть вас, леди Джиннин!
— Я тоже раза вас видеть… сэр Ролло, — после небольшой паузы ей удалось вспомнить имя этого красивого фейри. Именно он вез ее в седле, когда выезжавшая на прогулку и охоту леди Росмерту повстречала ее, уставшую и измученную, в холмах. Он состоял в свите королевы и не так давно начал отличать Дженнет, при встрече оказывая ей знаки внимания. Вот и сейчас…
— Я вас искал, — выпрямившись. Ролло одарил Дженнет лучезарной улыбкой.
— Меня? — она огляделась, но, судя по всему, в лабиринте сейчас больше никого не было. А просто так сюда вряд ли кто пойдет.