Катя не могла оторвать глаз от старой фотографии. На ней действительно был запечатлен Дом, причем в тот момент, когда его бо́льшая часть была охвачена пламенем.
Неожиданно пожарная каска сорвалась со стенда и с грохотом покатилась по иссеченному трещинами кафелю.
– Пятая пришла, – послышался за спиной чей-то хриплый голос, и Катя подпрыгнула, словно ужаленная. Резко обернувшись, она увидела перед собой сутулого пожилого мужчину. Незнакомец был облачен в линялый домашний свитер, под которым виднелась давно вышедшая из моды рубашка с засаленным воротником.
– Здрасте, – пискнула она, обратив внимание, что на левой руке незнакомца черная кожаная перчатка.
– Чего надо? – недружелюбно поинтересовался старик, наклоняясь за каской. – Музейные экспонаты ронять нельзя!
– Я случайно, – оправдывающимся тоном проговорила Катя. И тут же спросила:
– А почему вы сказали «пятая»? Вы, простите, кто?
– Пятая за день, – пояснил пожилой мужчина, бережно вешая каску обратно на гвоздь. Помедлив, он добавил с достоинством:
– А я – хранитель.
Старик усмехнулся, видя, как вытянулось лицо девушки.
– Какой хранитель? – переспросила Катя, сбитая с толку. – А пожарная часть где?
Хранитель перестал улыбаться.
– А что, горит что-то? – вкрадчиво осведомился он. – Где горит?!
Катя окончательно растерялась.
– Часть переехала, – смягчился хранитель, глядя на нее. – А тут теперь музей. Ты что хотела? Или случайно зашла?
– Ну… – протянула она, собираясь с мыслями. – Раз это музей, то, наверное, билет.
– Да ладно, – вдруг улыбнулся старик. – Так посмотришь. Я гляжу, вас, барышня, именно этот стенд заинтересовал?
Он приблизился к Кате, встав с ней рядом.
– Я обратила внимание на фото за шлемом, – объяснила она. – Это ведь дом в Кривом Овраге, да?
Изрезанное морщинами худое лицо хранителя накрыла тень.
– Тысяча девятьсот девяносто девятый год, – начал он сухим невыразительным голосом. – Третья категория сложности…
Пока он говорил, Катя подумала, что этот странный старичок наверняка рассказывает этот случай не первый раз.
«И не во второй, и не в третий. Раз в двадцать пятый будет ближе», – подумала она, наблюдая за хранителем.
– …вызов был в двадцать один двадцать, – заученным тоном продолжал хранитель. – Неделю была жара несусветная, а в тот день хлынул дождь. Но и он не помог. Огонь горел так, словно с неба брызгали керосином. Будто сам Господь желал, чтобы этот дом сгорел дотла…
– Ничего себе, – вырвалось у Кати. – Как вы все помните… А от чего дом загорелся-то?
Хранитель пожал плечами.
– По официальной версии причина пожара – неисправная проводка.
– А что, есть другая версия? – настойчиво спросила девушка. – Как вы считаете? Это был поджог?
– Не знаю, – с усилием выдавил старик, не глядя на Катю. – Наверное.
– Погибшие были?