Травница: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Насчёт "хочется" пока не знаю, — раздумчиво сказала я. — Но если бы хотела, то, наверное, какую-нибудь большущую, чтобы бегать по утрам вместе с ней, держась за холку или за шерсть.

— Романтичная, — с каким-то удовольствием сказал Сергей. — Сразу картинку тебе подавай, да? Красивую. Но… мне понравилось. Ты обещаешь, что мы однажды вот так побегаем — собака посередине, а мы по бокам, держась за её густую шерсть?

— Бедная собачка, — тихонько рассмеялась я. — А обещать, что будешь бегать… Я ведь уже сказала. Хочешь сказать, мало веришь сказанному? Обижаешь, начальник!

Теперь фыркнул он.

Мы уже обогнули угол дома и проходили-проезжали под вишневым рядом, когда Сергей остановил кресло, взглянул на ягоды, черные в сумраке кустов, и пожаловался:

— Собственными вишнями и то насладиться не могу. Хоть бы кто сорвал штучку!

— Зонт мы не взяли! — авторитетно сказала я. — Только попробуй дёрнуть одну ягодку — на нас такой ливень обрушится!

Пару секунд он смотрел на ягоды, потом перевёл взгляд на меня и коротко двинул бровями так, что я сразу сообразила: хочет что-то сказать шёпотом — и нагнулась к нему.

— Давай ребят заставим собрать ягоды, а? Сами сухими останемся.

Усмешка хозяина? Но не от этого по всему телу мурашки… Чтобы сказать это, якобы таясь от Андрея и Вадима, стоящих метрах в пяти от нас, он положил ладонь на мой затылок и пригнул мне голову, уже-то близко склонившуюся, к себе, так что его губы коснулись моего уха. Погода и так не прохладная, но тепло его шепчущих и задевающих кожу губ я почувствовала сразу и мучительно. Особенно когда он отстранился не сразу — и его губы, получилось так, проехались по моей щеке.

Господи, как хорошо, что здесь, в вишнёвых зарослях, темновато — и не видно, как я вспыхнула от этого странного… поцелуя. Я выпрямилась, жёстко взяла себя в руки и, обернувшись к негромко беседующим парням, попросила:

— Андрей, набери немного вишен. Только осторожно: ветки до сих пор в дожде.

Не удержалась, взглянула на Сергея.

Как будто ничего и не произошло. Сидит в кресле, смотрит вперёд. Спокойный. Даже так — невозмутимый, словно и не было ничего… Впрочем, а что было-то?

Вспомнилось вдруг, как однажды, совершенно случайно, встретила одноклассника. Не виделись сто лет! Он так обрадовался… Я только приготовилась протянуть ему руку — поздороваться, как он обнял меня и поцеловал в щёку. Я была ошарашена и смущена, а он, как ни в чём не бывало, заговорил о прошлом и об общих знакомых. Потом-то я поняла, что одноклассник живёт в таком мире, где поцелуи при встрече и прощаниях — часть ритуала или этикета.

Всего лишь случайность — то, что губы Сергея скользнули по моей щеке. Он, наверное, и сам не ожидал, что так получится…

Меня спасли от дурацких мыслей Стах и Регги. Кот промчался мимо кресла, воинственно задрав хвост. Собачина — радостно лая, за ним. Вот уж кто наслаждался прогулкой на всю катушку… А-а-а!! Гори всё синим пламенем! Я взвизгнула и помчалась за ними! Чем стоять и думать-психовать, лучше пробежаться хорошенько разок! И пусть только Сергей придумает и посетует, что я его бросила — несчастного инвалида!

Вылетела из кустов вишни, радуясь новым кроссовкам, забыла про дождь — ноги проехались по мокрой траве. Не удержалась — ахнув, потеряла равновесие — шлёпнулась в мокреть травяную. Услышала (или показалось — услышала?) за спиной вскрик. Только села, только руками упёрлась в землю, как под одной рукой пролезла простодушно-любопытная кошачья морда: "Чего сидим?" А с другой стороны нависла собачья морда и радостно задышала в лицо, высунув язык: "Ой, сидим, сидим!"

Ну — всё. Я — хохотала так, что остановиться не могла долго и упорно. Я гладила Стаха и трепала по холке Регги, обнимаясь с нею, — и плакала от смеха… Возможно, сказалось напряжение недавних минут, которое так легко сбросилось из-за падения. А нахохотавшись, упала спиной на упругие травы, руки под голову — и впрямь гори всё синим пламенем!.. Когда я ещё на законных основаниях поваляюсь на траве и полюбуюсь синим-синим небом с белейшими пушистиками-облаками? Стах тут же забрался ко мне на живот, а Регги осторожно прилегла рядом… Господи, как хорошо-то… Запахи какие обалденные… Глаза закрыла. Только влажно… Ну и ладно. Уж чайную ложечку дёгтя в бочке с мёдом пережить можно.

Шелест подминаемых трав под колёсами. Подъехал с солнечной стороны, накрыл тенью. Помолчал-посидел и спросил:

— Тебе не холодно?

— Нет. Мне хорошо.

— А чего носом шмыгаешь?

— От счастья. — И снова засмеялась.

Затихла, только услышав, как заскрипело кресло. Открыла глаза. Сергей съезжал, двигался с сиденья на край, мрачный и сосредоточенный, как будто собирался встать.

— Ты чего делаешь?

— Я тоже хочу шмыгать носом от счастья! Сейчас как лягу рядом — и начну!

— Ты!.. Не хулигань только!

Придерживая кота, вцепившегося в футболку при первом моём движении встать, я села и почти сразу встала, машинально погладив Регги, умилённо мотавшую хвостом.

— Ну вот, я уже несчастная и носом пошмыгать не могу.