Травница: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Шелест на полу. Присела. Рядом очутился Стах… Опять "гусиные лапки"! Дорожная травка, наверное, дорогу указывает? Попробовать за нею? Узкий ручеёк травы быстро потёк из комнаты. Ага. Значит, я права — и кое-что делать всё-таки надо без свидетелей. Травяная дорожка вывела меня из комнаты и проводила на кухню. Кот топал за мной неотступно. Тихонько закрыв за собой дверь, я присмотрелась. "Гусиные лапки" показали на окно. Хорошо. Попробуем здесь то, что не получилось в своей комнате.

О-очень осторожно открыв рамы, я огляделась. Никого. Первым прыгнул кот. Кажется, травяная дорожка против его сопровождения не возражала. Ну и я тоже. Вдвоём веселей. Я выпрыгнула из кухонного окна, тихонько хихикнув, что Вадим караулит меня на той стороне дома. Закрыла рамы и обернулась. Стах встал на задние лапы, опираясь на моё колено одной лапой и помахивая другой. Кажется, он требует, чтобы я взяла его на руки. Ничего удивительного. Плотный туман плыл к нам быстрым приливом от кустов.

11

Странный туман. Наверное, поднимается от лесных оврагов. Только вот… Овраги-то далековато от усадьбы Сергея. Да и здесь, вокруг дома, равнинная местность.

Оделась я тепло по утреннему времени — и только подумалось о тумане, как вдруг мне снова стало зябко, как недавно в доме. Потому что сообразилось. Вспомнился тот дождь, превратившийся в ливень, когда я плакала от несправедливости, причинённой теми, от кого я её вообще не ожидала.

Дождь плакал тогда вместе со мной.

Сейчас мне очень сильно нужно стать незаметной, спрятаться. И — появился туман.

Растерянно оглядевшись, я уже другими глазами взглянула на белёсую волну. А она, как специально, раздвоилась — и я очутилась в коридоре, зыбком и глухом.

Кажется, меня опять направляют… И понятно, почему туман. "Гусиных лапок" среди другой травы могу и не разглядеть. Что ж… Я вопросительно заглянула в глаза Стаха, спокойно сидящего на моих руках. И, заручившись его безмолвным одобрением, сопровождаемым чуть слышным мурлыканьем, шагнула в туманный коридор.

Изредка сумеречно-тёмный туман становился почти прозрачным, потом, словно спохватившись, снова густел. И мне в такие секунды казалось, что совсем рядом кто-то проходил — опасный для меня. Особенно когда приходилось идти мимо кустов, чьи ветви толстыми в скрадывающем их тумане лапами нехотя проплывали мимо. Неспешно, следуя "указаниям" туманного коридора, я ступала по тяжёлым от росы травам — ночь и правда выдалась холодной после жаркого дня. Ноги быстро стали мокрыми, но — приятно мокрыми. Дух приключений снова взыграл, а ещё я попыталась подумать всё-таки: почему именно здесь со мной всякое происходит?

А ещё с тревогой прислушивалась: раздастся ли где поскуливание? Но нет. Звенящий птичий пересвист, сливающийся в негромкую на рассвете музыку, будто поднимающую лесное пространство, шелест листьев и трав под ногами — и всё…

Нагнулась под лапой орешника — ветка тёмная, листья огромные, плотные. Под такой лапой стой хоть в дождь — не намокнешь… Коридор повёл вниз… Наверное, здесь земля такая, вот и происходит нечто. Как-то давным-давно ездила я к бабуле. И заплуталась в полях и лугах. Это мне захотелось сократить путь, другой дорогой пойти до деревни, остановка до которой располагалась в часе ходьбы от неё. Но — заблудилась, перепутав тропки. А поля — огромные, деревни не видно. Начала спускаться в какую-то луговую долину — и обомлела: в самой середине низины странное дерево высилось, голое — без коры, сучья разлапились мёртвыми пальцами во все стороны. Среди лета — на голой, мёртвой земле. И оно шелестело: платочками, ленточками и даже просто тряпочками. Бабуля потом неохотно сказала, что дерево то нехорошему божеству принадлежит. Кому что плохое надо в деревне на кого-то сделать, все сюда бегут… А я-то не знала. Подошла к сухому древу — и так его жаль стало… И это было единственное чудо в моей жизни: показалось, кто-то по щеке меня погладил… Бабуля на это только головой покачала, как я рассказала ей, да сказала: "Земля у нас такая. Каждому своё воздаст".

… Туманный коридор вдруг раздвинулся, открыв тропинку вниз, в густые, тёмно-зелёные в сумерках заросли. Пахнуло снизу овражной сыростью — лопухами, грибами, влажными травами, сладкой и терпкой гнилью прошлогодних листьев. Это что же — я сама не заметила, что мы вышли из владений Сергея? Или… Или его участок простирается и дальше, в овраги?.. Остановившись на мгновения, я вздохнула, прижала к себе тёплого Стаха — и побежала. Кот развернулся и вцепился когтями в мои плечи. Не страшно, перетерплю. Главное — не возражает. А как хорошо-то лететь с горки! В упругих новых кроссовках, да ещё зная, что сбежала из-под пригляда Вадима! В тёмно-зелёную тьму, уже робко посвистывающую птичьими голосами…

Ещё одна странность… Я выскочила на маленький взгорок — сплошь травы и сплошь облитый только что вышедшим солнцем. Когда это солнце могло высветить этот глубокий участок оврага? Да так, что он переблёскивает, светится, словно куча драгоценных камней, рассыпанных на густой шерсти нежным жёлто-зелёным мерцанием?

Опустившись на колени в мокрое и пахучее, я помогла коту сесть на мои ноги и огляделась. Ровный такой взгорок. Только с краю — невысокие кусты. И — все травы, которые мне нужны, здесь. Изумлённая, я дотронулась до жёсткого стебелька мяты, чьи сиреневые мелкие колокольчики сонно выглядывали из-под листьев. А вот и раскрытая выпукло-жёлтая головка ромашки. Те же "гусиные лапки", которые облили взгорок бархатным ковром…

Стах уже бродил вокруг меня, не обращая внимания на росу, от которой его пушистые штанишки взмокли и провисли лохмами. Только усы прижимал, когда тот или иной стебель, задетый им же, вдруг стряхивал на него целую горсть холодных капель.

А возвращались мы… Я ведь дороги не запомнила. Сложно что-то запоминать, пока тебя ведут. Но уже посветлело, и солнечные лучи, заблудившиеся в деревьях и кустах, образовали настоящий слепящий фейерверк. И мне снова устроили дорожку из призрачных трав… Я чуть улыбнулась. Стоило мне чем-то заинтересоваться и сделать шаг в сторону, как призрачные травы, образующие настоящий бордюр по обе стороны моих ног, суетливо кидались за мной, словно уговаривая немедленно вернуться. А кот, который теперь деловито шагал впереди меня, садился и укоризненно смотрел мне вслед. Приходилось возвращаться.

Маленький букетик трав и цветок, завёрнутый в лист лопуха (чтобы зелень не сгорела в тепле человеческих рук, как напоминала бабуля), кажется, требовалось приготовить для пользования больного немедленно. Увы, время. Так что мне пришлось пару раз пробежать мимо подозрительно вспухших бугорков под листьями и завистливо подумать, как здорово было бы сходить отдельно за грибами. Тихую охоту я всегда любила.

У самого дома, точнее — у приметного дуба, трава замерла на мгновения, словно что-то соображая или прислушиваясь, а потом как рванула обогнуть угол дома — и к входным дверям! А следом поскакал Стах, задрав хвост!.. Сообразив, что Вадим с Регги где-то неподалёку, я тоже помчалась изо всех сил к двери, с трудом удерживая смех!

Открытую дверь (видимо, выходили недавно) закрыла быстро, но не хлопнула, а осторожно дотянула до плотного входа в косяк. Услышав негромкий щелчок замка, прокралась к окну, выглянула. Вовремя! Вадим как раз не спеша выходил из-за противоположного угла дома.

Стах нетерпеливо крутился возле двери в мою комнату. Я прошмыгнула вместе с ним в тёмное и тёплое нутро моего жилища. С этой стороны солнце уже встало, но я перед выходом зашторила окна. Теперь и открыть можно.

Переоделась быстро. Зайди Вадим — не сообразит, что я уже прогулялась. Я неудержимо улыбнулась. Здорово похулиганила, хотя всё хулиганство вылилось лишь в утренний пробег за травами.

На кухне нашла кувшин с родниковой водой: Андрей приносил раз в два дня, как я недавно выяснила. Тоже откуда-то из оврагов. Так, вот маленький кофейничек и большая чашка — как раз для заварки трав хороша. Я быстро похозяйничала во владениях Андрея и, припрятав чашку с отваром от посторонних глаз, снова сбежала в свою комнату. Стах не отставал. Кажется, ему понравилась эта вылазка на кухню — особенно, когда я положила ему в неурочное время поесть.

… И мы уснули. Я — прямо поверх покрывала, Стах — на мне, съехав к шее и обняв лапой. Его затихающее мурлыканье в ухо и усыпило меня. На грани сна и бодрствования я снова вспомнила, как Сергей тяжело привалился ко мне… Руки напряглись удержать его тёплое тело… И расслабились.

Встала одновременно с Андреем. Потому как придя на кухню заварить кофе, нашла его там же. Он что-то чистил за кухонным столом. На звук моих шагов обернулся, морда довольная, как у наевшегося Стаха.

— Привет полуночникам!

— Привет засоням! Ты чего, как красно солнышко, рассиялся? Выспался?

— Не… Есть две уважительные причины.

— Ну-ка, ну-ка, колись давай, что у тебя там?

— Ты так уверена, что я скажу? — От удивления он даже полностью развернулся ко мне. Еле сдерживаемая улыбка так и рвалась наружу.