– Держи меня в курсе.
– Хорошо.
Рой мысленно вернулся к разговору с Констандином. Хитрый старый засранец что-то знал и не признавался, не реагировал на угрозы. Почему?
Оставалось семьдесят пять минут.
– Норман, едем в Шорхэм, и побыстрее.
– Куда именно в Шорхэм, босс?
– Если б я, черт возьми, знал…
Глава 95
Воскресенье, 13 августа
16:00–17:00
Мама! Папа!
Вода уже доходила до промежности. Волны накатывали каждые несколько минут, заливая живот и брызгая в лицо.
Александер, кто-нибудь… Помогите! Пожалуйста, помогите мне.
Клейкая лента заглушала крики.
Удерживаться на постаменте становилось все сложнее, но Манго понимал – если оступится, проволока на шее его задушит. Кожу натерло, любое движение головой приносило мучительную боль. Откатывающая вода норовила унести с собой, в море. Он сопротивлялся. Не терял сосредоточенности ни на секунду.
Помогите мне!
Манго вспомнил Стивена Брэтуэйта. Огромного, высокого, мощного Стивена боялся весь класс. Он был задирой. Задирал одноклассников, задирал всю школу. Манго он недолюбливал – чересчур умный. Подкарауливал его и бил сзади по коленям, отчего ноги у Манго подкашивались и он падал. Со временем он научился противостоять Брэтуэйту: с силой напрягал ноги и расслаблял в нужный момент, чтобы поглотить удар. Задиру это раздражало.
Теперь Манго пригодился этот навык.
Отступающая волна тащила за собой, заставляя терять равновесие, проволока впивалась в горло, но он использовал тот же метод, что и против Стивена. Напрячь-расслабиться.
Вода докатила до пояса.
Манго осмотрелся. Глянул на стены и потолок, где водоросли, свежие, живые, ждали, когда волна заберет их обратно.
Он уже сравнил свой рост с отметкой высшей точки воды – и задрожал от страха.
Глава 96
Воскресенье, 13 августа
16:00–17:00
Блок № 26 с табличкой «Сантехнические работы» входил в состав тридцати шести одинаковых корпусов в промышленной зоне «Рэнскомб-фарм», расположенной в двух милях к востоку от Льюиса. Заурядный блок из оцинкованной стали; входная дверь и навесные ворота окрашены в желтый цвет.
В выходные большинство офисов были закрыты, но у двадцать шестого стояли два автомобиля: маленький серый седан «Хёндэ» и синий фургон с логотипом фиктивной водопроводной компании.
Входная дверь вела в кабинет – совершенно пустой за исключением нескольких рекламных листовок, валяющихся на полу под прорезью для писем. За следующей дверью скрывалось производственное помещение площадью две тысячи квадратных футов, где за крепкими металлическими столами стояли Илли Прек и Лука Лебедев. Столы заполонял всякий хлам: инструменты, катушки с проволокой, внутренние детали мобильных телефонов, набор гирь, бутылка воды, газовый баллон и камера «Сони FS7», похожая на ту, что Прек вчера оставил на стадионе «Амекс».
Помимо этого, в смахивающем на пещеру помещении имелись два стула (на вид как будто с помойки), стеллаж, на полках которого разместились банки с опасными химикатами, а еще небольшой холодильник, чайник, несколько кружек и огромная банка кофе. Рядом со стеллажом у открытой двери в туалет была ржавая кухонная раковина с краном.
Лебедев, мужчина лет сорока с бритой головой и бычьей шеей, демонстрировал несколько татуировок: колючая проволока над крошечным черепом на лбу, слеза под левым глазом и кинжалы на предплечьях. Сейчас, зажав губами тлеющую самокрутку, он снимал крышку с мобильника «Самсунг». Затем взял комок пластиковой взрывчатки PE4 размером с горошину и покатал между указательным и большим пальцами.