Мутные воды Рубикона (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

- И вы не помните, чем болели в детстве?

- Я и детства не помню.

- Очень интересно.

- Для меня жизнь началась семь лет назад. Эти годы я помню. А до этого – ничего. Темнота.

Толстые пальцы врача неуклюже листали историю болезни, разросшуюся за короткий срок до размеров энциклопедии. Источник кровотечения обнаружили в верхней доле правого легкого. Небольшая язва серповидной формы. Через пять дней возникла еще одна, а за ней третья, уже на левом легком. На текущий момент Игорь кашлял каждые двадцать минут, отхаркивая сгустки крови.

- Даже если предположить, что у вас какая-то особенно редкая форма склероза, все равно что-то должно сохраниться. Какие-нибудь детали, вроде номера дома, соседской собаки, лицо матери. Абсолютно все не могло исчезнуть. Имя свое вы ведь знаете, - врач тяжело встал с кресла и переваливаясь с ноги на ногу заходил по комнате.

- Случается, кое-что всплывает. Например, - Игорь указал на плакат, - Я точно знаю, что нижний угол легкого выглядит намного скругленней, чем на вашей картинке и по цвету он должен быть темнее верхней доли. Еще бывают сны. Но ни то, ни другое не проясняет картины в целом. А с именем проще всего – я придумал его себе сам шесть лет назад.

- А что говорят родственники?

- Ни родственников, ни друзей из прошлой жизни у меня нет.

- И вы никогда не обращались за помощью к специалисту?

- Обращался. Тогда же, шесть лет назад. Не помогло. Послушайте, доктор, какое это имеет отношение к моей теперешней проблеме?

- Может и не имеет. А может…

Приступ кашля оборвал собеседника. Игорь достал из кармана смятую бумажную салфетку. Дешевый серый пиджак, который он до этого одевал лишь однажды - в день, когда устраивался на работу, не гнулся в локтях. Левая кисть крепко сжимала пачку «Винстона». Игорь вытер заросший густой щетиной подбородок. По мягкой перфорированной бумаге расползлось красное пятно.

- Давайте сделаем МРТ и еще один рентген,– врач упал обратно в содрогнувшееся под ним кресло.

В Андрее Ильиче – так звали хозяина кабинета - было сто двадцать восемь килограмм веса при росте метр семьдесят шесть. За последние три года он перенес две липосакции и бандажирование желудка. Он съедал по полведра пищи за прием и сейчас с грустью поглядывал в окно, с нетерпением ожидая обеденного перерыва. Он четверть века рыл себе могилу ложкой и почти уже добрался до дна.

- Так вчера только рентген делали, - возразил Игорь, - Я так к вечеру светиться буду.

Игорь посмотрел вокруг в поисках мусорного ведра, куда можно было бы выкинуть окровавленную салфетку. Ведра не было. Он скомкал салфетку в кулаке и положил обратно в карман.

- Вчера – это вчера. А сегодня – это сегодня. Картина меняется. Логично?

Игорю было наплевать на логику. Из совершено здорового человека он вдруг превратился в умирающего больного. С утра он затянул ремень на одну дырку туже, и все равно джинсы болтались на поясе. Голова болела не переставая. Он поднимался с кровати не меньше пяти раз за ночь и шел в туалет. Последний в шесть утра – чтобы отмыть от крови унитаз и не испугать жену.

Игорь не знал, что ключ от новой БМВ, рядом с которой он припарковал свою ржавую «шестерку» лежит в кармане брюк доктора. Не знал, что БМВ куплена в кредит. Не знал, что заработной платы врача едва хватает на то, чтобы содержать жену и детей, а основной заработок – этодесять процентов от обследований, которые платит диагностический центр, в котором находятся и рентген и МРТ. Однако в следующий момент, Игорь поступил так, как будто все это вдруг стало ему известно. Он встал и вышел из кабинета.

Денис (3)

Денис зажмурил глаза в ожидании удара, но машина не встретив сопротивления, провалилась в стену. Свет исчез. Вдруг стало холодно, будто его окунули с головой в ледяную воду. Денис ударил по тормозам. Ремень безопасности больно врезался в плечо. Но машина продолжала движение по черному тоннелю. Все быстрее и быстрее. Он не видел ничего, но чувствовал, что движется быстрее шестидесяти километров в час. Намного быстрее. Потом впереди появился свет. Скорость упала. Он медленно въехал в светлое просторное помещение. Причем оказался высоко под потолком. Справа от него была подвесная конструкция одновременно напоминающая и железнодорожную платформу и огромный трап самолета. Машина почти остановилась, а может и остановилась на мгновение и снова начала разгоняться. На этот раз педали газа он не касался. Снова чернота. Удар. Резкое торможение и остановка.

- Какого хрена?

Лобовое стекло заволокло желтой пылью. Холод сменился жаром. Печка продолжала бороться с оставшимися далеко за спиной Иркутскими морозами. Денис попробовал ее выключить – зашипел белым шумом приемник, задний дворник вытер стекло. Тогда он повернул ключ в замке зажигания и вылез из машины.

Знойный ветер встретил его пригоршней песка, брошенной в лицо. Под ногами захрустело битое стекло.

Машина стояла в узком проходе, на краю обрыва. А по обе стороны многоэтажками высились горы ржавых железнодорожных контейнеров. Пыльный ветер хлопал сотнями раскрытых дверей. Криво сложенные стены качались на ветру и готовы были рухнуть в любую секунду. В десяти шагах за багажником «Черокки» проход заканчивался бетонной стеной. Под нее уходил черный след протектора.

Денис подошел к обрыву и посмотрел вниз. Сквозь дыры в плотно сбитых облаках далеко внизу просматривалась бескрайняя мутная вода темно желтого цвета.

- Приехали.

Он отступил на шаг, борясь с накатившей от высоты тошнотой.

- Это цыганское чмо снова досыпало в дозу кислоты. Сто процентов.