Завтра война! Вооруженные силы и военная реформа в России: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Анализ доступной информации показывает, что на сегодня особого внимания заслуживают исследования и разработки:

 дистанционно управляемых автоматизированных устройств, имитирующих физическую, речевую и даже интеллектуальную деятельность человека, – роботов;

 дистанционно управляемых и автономных беспилотных летательных аппаратов различных функций и назначения;

 систем разведки, связи, коммуникаций и управления, их элементной базы, соответствующих алгоритмов, математического и программного обеспечения;

 средств вооруженной борьбы, основанных на новых физических принципах и эффектах (дистанционное зондирование ионосферы Земли, геофизическое и климатическое оружие и пр.);

 генно-инженерные и биофизические технологии

13. Следует ожидать, что центральным механизмом комплексного деструктивного воздействия на Россию, вплоть до расчленения страны, будет и впредь оставаться «оргоружие» с прямым воздействием на процесс политической стабильности и на выработку и осуществление финансово-экономической стратегии, которую будут усиленно подталкивать в сторону раздувания социальных и прочих внутренних конфликтов по типу ситуации СССР в конце 80-х гг. XX столетия. Такому же воздействию будет подвергаться и линия на военное строительство и военную реформу. Всё это требует от высшего политического руководства выработки и осуществления крайне выверенного курса управления страной.

Сегодня необходима научно обоснованная концепция коррекции военной реформы. В рамках этой работы важно не допустить повторения ошибок первого этапа реформы, когда её проведение было отдано на усмотрение узкой группы руководителей и исполнителей, поставлено в зависимость от их компетенции, личных предпочтений, а иногда и предубеждений.

У России сегодня есть уникальный исторический шанс провести масштабную реформу своих Вооружённых Сил, вывести их на качественно новый уровень и оснастить самым современной техникой и вооружением. Создание таких Вооружённых Сил в сочетании с энергичным политическим руководством, выверенной и сбалансированной внешней политикой станет весомым ответом на вызовы XXI века.

I. Угрозы для национальной безопасности РФ: системно-динамическая оценка

В каком состоянии находится сейчас система национальной безопасности РФ? Как она соотносится с развернутой реформой Вооруженных Сил, какие потенциальные вызовы стоят перед нашей страной и какие стратегические приоритеты должно выбрать политическое руководство страны в XXI веке, когда общая внешнеполитическая ситуация усложняется практически даже не с каждым годом, а с каждым месяцем?

Чтобы дать правильные ответы на эти важнейшие вопросы, необходимо, прежде всего, осознать, куда и как движется современное человечество. Об этом свидетельствуют не только отечественные эксперты, но и исследования, которые проводятся под руководством Пентагона и в целом в системе НАТО. Аналогичные разработки осуществляются также в странах АТР, прежде всего в Японии, КНР и Южной Корее.

Что касается отечественной военно-политической мысли, то здесь два последних десятилетия прошли под знаком безраздельного доминирования «экспортных версий» либерально-монетаристских концепций, которые доказывали и доказывают необходимость максимального и ускоренного военно-политического сближения России с США и странами НАТО, основной военно-стратегической угрозой для нашей страны называли и называют масштабную войну с КНР, а также локальные вооруженные конфликты, вплоть до отдельных террористических актов.

Работы, проведенные в рамках этих версий, целенаправленно фальсифицировали реальную геостратегическую и военно-политическую ситуацию в современном мире, представляя её в выгодном для сторонников этих концепций свете. В частности, такие документы, как доклад Валдайского клуба, доклад СВОП, а также работы Арбатова и Дворкина, осуществленные в рамках Центра Карнеги, активно поддерживали ход военной реформы в РФ и практически полностью солидаризовались с её итогами.

Очевидно, что в провале первого этапа военной реформы есть доля ответственности и указанных авторов, которые не пожелали выйти за рамки принятых ими концепций, а личные и групповые интересы ставили выше решения реальных проблем безопасности страны.

Не впадая в крайности алармизма, мы должны, тем не менее, отметить, что сегодня реальными «центрами силами» в гораздо большей степени являчются транснациональные корпорации (ТНК), чем национальные государства. Последние – даже такие крупные, как США, – всё чаще выступают в роли военно-политических инструментов сверхкрупного транснационального капитала (Финансового Интернационала, Фининтерна). Поэтому всё четче обозначается тенденция переноса главных «узлов» международных и межгосударственных противоречий в сферу геостратегических и экономических интересов. Традиционные суверенные государства и их военно-политические блоки теряют определяющую роль в мировом развитии, которую они играли на протяжении последних 200 лет, с конца XVIII до конца XX века.

Усиливается влияние качественно новых форм информационного, идеологического, технологического и экономического давления на «традиционные» общества, включая рост «идейно-религиозного» терроризма, незаконного оборота оружия, наркотических и психотропных веществ, и т. д.

При этом, в связи с кризисным переходом от 5-го к 6-му глобальному технологическому укладу (ГТУ) обостряются и усугубляются «традиционные» ресурсные, идейно-религиозные, национальные, демографические и территориальные конфликты, а также возникают новые конфликтные зоны.

Отсюда следует, что стратегическая безопасность независимых государств на современном этапе напрямую зависит от того, как они взаимодействуют с основными мировыми «центрами силы»: США, включая возглавляемый ими блок НАТО, и Китаем. Российская Федерация, несмотря на то, что является сегодня третьей по совокупной мощи державой мира, в этом отношении не представляет исключения. Несмотря на утверждения упомянутых выше «мейнстримовских» политиков и аналитиков, о преодолении современным миром антагонистических противоречий, ведущих к разного рода военным конфликтам, а также об отсутствии прямых военных угроз для России, события нынешнего десятилетия, в особенности – последних двух лет, указывают на совсем другую парадигму, в рамках которой РФ является объектом «мягкой» системной агрессии и подвергается нарастающему давлению как по периферии своих нынешних границ, так и в более широком плане слома стратегического паритета. Объективным подтверждением этого служит расширяющийся диапазон военных конфликтов вблизи нашей территории, а также на территории стран, которые являются нашими потенциальными союзниками. Более того, территория РФ сегодня стала прямым объектом внешней вооружённой агрессии ещё одного стремительно формирующегося мирового «центра силы»: «панмусульманского» салафитского проекта, который при поддержке «нефтяных» монархий Саудовской Аравии и стран Персидского залива, активно формирует и поддерживает экстремистские ваххабитские движения не только в «исламских» регионах России, но и по всей территории нашей страны. Не секрет, что салафитский проект во многом реализуется с подачи США и отчасти Евросоюза, которые видят в миллиардной исламской умме необходимый им демографический потенциал для противостояния Китаю, Индии и России, а также другим развивающимися странам «третьего мира».

Кроме того, налицо усилия США добиться подавляющего превосходства в военно-технической сфере, при котором РФ, демонтировав свой ракетно-ядерный потенциал и утратив возможность ответного удара с неприемлемым ущербом, потеряла бы стратегический паритет с Соединенными Штатами. К этой цели Вашингтон двигается как через разворачивание самых перспективных военно-технических программ, так и через дипломатические усилия по навязыванию России выгодных для себя договоренностей в сфере ограничения стратегических и общих вооружений.

Конкретные тренды, которые указывают на скачкообразное нарастание угрозы различного вида войн вплоть до «глобальной войны», по нашему мнению, таковы.

Во-первых, очевиден количественный и качественный рост военных расходов за последние 10–12 лет. Так, в 2000 году общий объём таких расходов в мире составлял 597 млрд. долл. (мировой рынок вооружений – 36,9 млрд. долл.), в 2006 году – соответственно, 1,2 трлн. и 40,3 млрд. долл., в 2012 году – 1,8 трлн. и 69,8 млрд. долл. Итого, мы видим за 12 лет трехкратный(!) рост военных расходов – при росте мирового ВВП за тот же период всего на 27 %.

Во-вторых, происходит обострение негласной, но жесткой конкуренции глобальных военно-стратегических проектов, прежде всего – американского и китайского.

В-третьих, возрастает роль и влияние военно-разведывательной элиты в рамках правящих кругов ведущих стран мира. Причем понятие «разведка» в данном случае необходимо трактовать расширительно – как тип т. н. «умного оружия».

Растущая мировая «конфликтность» является прямым следствием системного кризиса мирового хозяйства, в центре которого находятся Соединенные Штаты Америки. Очевидно, что США пытаются компенсировать сокращение реального геостратегического потенциала повышенной политической активностью, используя своё военно-технологическое и информационно-финансовое превосходство с целью сохранения своей роли глобального лидера. Именно США выступали и высупают инициаторами подавляющего большинства локальных войн последнего десятилетия и зачастую – их участником. При этом необходимо отметить, что участие США в таких конфликтах может осуществляться как в форме прямой интервенции (Афганистан, Ирак), так и в скрытых формах «стратегии непрямого действия» (Ливия, Сирия, Египет), для чего используются качественно новые силовые механизмы: Силы Специальных Операций (ССО) и частные военные компании (ЧВК), являющиеся по своим характеристикам «теневыми» армиями, которые активно используются против неугодных США стран и правительств.

Однако в известной нам истории мира смены глобальных технологических укладов всегда сопровождались и сменами глобальных геостратегических лидеров. Поэтому все попытки Соединенных Штатов сохранить своё лидерство военно-политическими методами без слома существующей социально-экономической модели развития выглядят абсолютно бесперспективными.

Системно-цивилизационный кризис мира – это уже не прогноз на завтра, а вполне сформировавшаяся реальность. Появление альтернативных глобальных проектов, принципиально новых идеологий и лидеров – дело ближайших десяти-пятнадцати лет. И это обстоятельство также указывает на растущую вероятность «большой войны» между основными мировыми «центрами силы», то есть прежде всего – между США и КНР.

России, находящейся, как отмечено выше, между этими двумя «центрами силы», в ближайшей перспективе необходимо сохранить независимое положение (хотя в условиях повышения конфликтного потенциала между США и Китаем сделать это будет чрезвычайно трудно, поскольку сохранять нейтралитет и «оставаться в стороне» от этого конфликта нашей стране с её гигантским геостратегическим потенциалом просто не позволят).

Вероятной линией действия США в ближайшее время будет линия на втягивание РФ в схему «Новой перезагрузки» с использованием блока НАТО, чтобы предотвратить сближение Москвы с Пекином и максимально ослабить российский военный потенциал. Ослабление будет осуществляться через серию соглашений по разоружению и сокращению до минимума как российского стратегического ракетно-ядерного потенциала, так и потенциала тактического ядерного оружия, который особенно важен в случае региональных и локальных конфликтов, в том числе – на территориях Средней Азии и Кавказа.

Тем более, что, начиная с 2016 года, после прихода нового президента, США вполне могут пойти на пересмотр своей политики в отношении России. При этом ослабленная договорами Россия будет неспособна быстро восстановить свой стратегический потенциал до уровня паритета с американским.