И я снова выуживаю мечту. И снова пустею, не помня ни себя, ни ее. Не помня, откуда это бревно. От кухни или от жилой избы? Или от сеней? Не знаю...
Этой фанталью можно было бы гордиться. Не будь она моим последним детищем.
Я ИСЧЕРПАЛ СЕБЯ. ВСЁ. НЕТ БОЛЬШЕ НИЧЕГО.
Она огромна. Я скармливаю ее Едокам и Пленусам поочередно. Скармливаю Пожирателям. Мне плевать. Я пичкаю их своей сокровенной мечтой, и они не могут переварить ее. Они распухают и лопаются, а я с жадностью возвращаю ее обратно. Берегу, как родное дитя. Дитя, имя которого не помню.
Дитя, которому суждено погибнуть.
Вместе с родителем.
Глава 6
В одном шаге от
24 июня.
- Дед! Дедушка! Бабуль!
Я вбежал в комнату. Ро-ро сидели напротив включенного телевизора и внимательно смотрели. МИМО НЕГО. Ужасное зрелище - как будто они были слепыми и могли ориентироваться только по звуку. На темных отрешенных лицах никаких эмоций.
- Эй! - я встал напротив них.
- А.
Это все, чего я добился от деда. Невзрачное "а"... Он лениво поднял голову и посмотрел на меня, как будто я был бродячим псом, в сотый раз перебегающим дорогу прямо перед дедушкой.
- Дед!
- Да, - ответил он. Его голос был хриплым из-за длительного молчания.
- Дядя Коля! Точнее, нет, не так... - я никак не мог отдышаться и был слишком возбужден. - До дяди Коли здесь был кто-нибудь?
- Что.
Я стиснул зубы, всеми силами стараясь подавить злость и раздражение. Это неправильные эмоции, дедушка не заслужил их, ведь то была не его вина.
- Сторожка. Рядом с домом. В ней жил дядя Коля. Помнишь такого?
- Помню. Колька.
- Да! - обрадовался я. - Колька, да, дедуль! Скажи мне, кто был до него?
Дед смотрел на меня так же, как смотрел до этого мимо телевизора. Это очень напрягало и вселяло страх. Точнее, даже не страх, а... Было неприятно, в общем.
- Нет.
- Почему?
- Нет. Никого.
Я посмотрел на бабушку. Она так и не подняла взгляда. Я пощелкал пальцами перед ее лицом. Даже не вздрогнула. Просто лениво посмотрела на меня.
- О, Саш.
- Да, бабуль, это я, - дрожащим голосом сказал я. Хотелось плакать. Как будто дедушка с бабушкой находились в плену, их пытали, а я просто стоял и смотрел, как из них медленно вытекает жизнь.
- Чего ты. - Это даже не было вопросом. Бабушка произнесла это бесцветным голосом, все еще буравя невидимую точки справа от телевизора.