- А что он? - резко спросил я.
- Он-то может себе такое позволить. А я не хочу. Мне нравится твоя предусмотрительность.
- Надеюсь, это не синоним трусости в моем случае?
- Ты что-о-о!
Мне было грустно. Я молчал. И настроение совсем не располагало к улыбкам и веселому тону. Я ехал обратно в Дымчатую, чтобы окунуться в болото человеческой отчужденности. Уже виднелся туман над макушками деревьев.
- Ты чего такой грустный?
Окунусь в него и пропаду. Как мечты дымчатых.
- Саш?
- Да... А чего веселиться, Лен?
- Все же хорошо, правда?
Я посмотрел в ее доверчивые и искренние глаза. Она улыбалась открыто и невероятно красиво.
- Что такое? - Лена заморгала, смутившись моего взгляда.
- Однажды я скажу тебе спасибо.
- За что?
- Ты поймешь.
И почему-то она загрустила. Может быть, это был неверный свет ламп, но мне показалось, что... Нет, ну откуда там взяться слезам?
- Спасибо тебе за "Омут радуги". Сумасшедшая книга. Как только фантазия работает у автора... Я сегодня поняла, какой великий подарок ты мне сделал.
Я ничего не ответил. Лишь улыбнулся.
- Саша, - очень серьезно сказала Лена, - я никогда не использую эту книгу для фантали. Мне очень дорог твой подарок.
- Надеюсь, у тебя не будет поводов использовать фанталь в принципе.
Поезд подъезжал к платформе. Я неохотно встал.
- Эх... Не хочу.
- Понимаю. Тяжело тебе здесь.
- Ничего ты не понимаешь... - еле слышно пробубнил я.
- Что?
- Я говорю, береги себя, Лена.
- И ты. Пожалуйста, береги.
Интерлюдия 3
- Иван, держи.