— О господи! О господи!
Барон остановился, чтобы дать ему встряску.
— Черт возьми!—воскликнул он.— Действуйте ногами, приятель! Не призывайте бога, а действуйте ногами. Ну! Ну, бодрее! Ну! Пошевеливайтесь! Отойдите от берега! Спрячьтесь где-нибудь в лесу или где угодно!
Он сделал попытку вытащить его из лодки, но человек яростно отбивался и в конце концов остался на месте.
— Мой лексикон пополняется,— с гордостью сказал барон Фроне, спешившей вместе с ним вперед.— Пошевеливайтесь! Это крепкое словцо и вполне уместное.
— Вам следовало бы путешествовать с Дэлом! — рассмеялась она.— Он моментально увеличил бы ваш запас слов.
— Неужели?
— Конечно!
— Ох, уж этот ваш язык! Я никогда не научусь говорить на нем.— И он с отчаянием схватился за голову руками.
Они вышли на просеку, где у самой реки стояла хижина. На ее плоской земляной крыше лежали двое больных, завернутых в одеяла, а Бишоп, Корлисс и Джекоб Уэлз разыскивали узлы с платьем и прочую поклажу, ступая по колено в воде. В самом низком месте уровень воды равнялся двум футам, но пол хижины был углублен для сохранения тепла, и вода здесь доходила до пояса.
— Не дайте табаку промокнуть! — сказал слабым голосом один из больных, лежавших на крыше.
— К черту табак! — заявил его товарищ.— Позаботьтесь о муке и сахаре,— добавил он, подумав.
— Это потому, что Билл не курит, мисс,— объяснил первый.— Присмотрите за табаком, будьте добры,— умолял он.
— Вот, и заткнись! — Дэл бросил ему жестянку с табаком, в которую больной вцепился, точно это был мешок с самородками золота.
— Нужна ли моя помощь? — спросила Фрона, посмотрев наверх.
— Нет. У них цинга. Им могут помочь только царство небесное и сырой картофель. — Старатель минуту разглядывал ее. — Что, собственно говоря, вы здесь де?-лаете? Возвращайтесь на более высокое место.
Но тут со страшным грохотом обрушилась ледяная стена. Огромная глыба в пятьдесят тонн рассыпалась на мелкие куски у самой двери хижины, обрызгав их грязной водой. Льдина поменьше ударилась о выступающие угловые бревна, и хижина покачнулась. В ней находились Курбертен и Джекоб Уэлз.
— После вас,— услышала Фрона голос барона, за которым последовал отрывистый смешок отца, и галантный француз вышел последним, протискиваясь между льдиной и бревнами.
— Послушай, Билл! Если этот нижний затор удержится, мы покойники!—крикнул человек с жестянкой своему товарищу.
— Определенно! — последовал ответ.— Я видел ниже Нулато, как остров Биксби был начисто выметен — не хуже, чем пол в кухне моей старухи-матери.
Мужчины торопливо окружили Фрону.
— Так не годится. Их нужно перенести в вашу хибарку, Корлисс.
С этими словами Джекоб Уэлз ловко взобрался на крышу хижины и посмотрел вниз на огромную преграду.
— Где Макферсон? — спросил он.
— Он окаменел от страха и сидит верхом на распорке палатки.
Джекоб Уэлз помахал рукой.
— Пролом. Река тронулась.
— К черту пол в кухне, Билл, при всем уважении к твоей старухе! — закричал любитель табака.
— Верно,— ответил невозмутимый Билл.
Вся река словно пришла в движение и покатила вниз свой тяжелый груз. Под его возрастающим напором ледяная стена рухнула во многих местах. Скрип и треск вырываемых с корнем деревьев был слышен вдоль всего берега.