– Ладно, полчаса отведённые на отдых прошли, встаём и продолжаем путь, я понимаю, что тяжело, но надо. Агеев, как обычно в головной дозор, дистанция сорок метров, тут видимость хуже, этого достаточно.
Подняв бойцов, я смог их расшевелить, и мы побежали дальше. Через три километра, всё тот же Ковин снова отметил изменение маршрута. И в этот раз тот решил подать голос:
– Товарищ сержант, мы что, к дороге возвращаемся? Мы вроде идём в обратную сторону.
– Да, ефрейтор.
– Но вы же говорили?..
– Я описывал план на будущее, как будем выходить к нашим. Сейчас же возвращаясь к дороге мы, а точнее я, буду добывать карту. Должен признать, без карты, и допроса пленного, сложно строить планы на будущее, особенно когда не знаешь, что вокруг происходит и лишь по резко появившейся стрельбе, также резко заглохшей, понимаешь, что немцы ещё тут, и кто-то снова к ним попал на прицел, вот как сейчас.
Мы прислушались к стрельбе вдали, там даже пушки палили, и продолжили идти. До наступления темноты около часа осталось, когда я сообщил:
– Всё, встаём на ночёвку. До немцев около километра, вон шум движения машин слышно, значит можно спокойно работать.
– А спать? – спросил Агеев.
– Нас они тут не найдут, да и больно им нужно искать каких-то бойцов, или разные мелкие группы вроде нашей, когда у них не только дивизии, но и корпуса в окружении. Однако привлекать внимание огнём всё же не будем. Ковин!
– Я, – подскочил тот.
– Держи мой котелок, вон там у болотца воды набери получше. Смотри чтобы тиной не отдавала. Вот ещё кружка, вскипяти воду для чая, пока я бутерброды делаю.
– Есть.
Пока один боец ходил за водой, а другой разводил костёр, я достал из сидора своё полотенце, которое расстелил вместо скатерти, и полтора каравая, включая шмат сала. Про лук не забыл, дал почистить его одному из бойцов, что имел нож. Все голодные были, поэтому жадно наблюдали как я готовлю ужин. Нарезал хлеба, тонкими пластинками сало, и нарезанные кружки лука положил сверху, замечательно получилось. Причём старался делать так, чтобы порции одинаковые были. С курсантских времён помню, как обидна разница. Тут и чай был готов, заварку я дал, и поев бутербродов, я тоже не без охотки приналёг на свою долю, но и чайку по очереди попили. В кружке чай сварили для нашей девушки, пока единственной.
Мы уже поели, а я стал собираться уходить к дороге, ночь мне поможет, магическая подзорная труба вполне заменяла «ПНВ», как замер, завязывая лямки сидора. Подняв голову, я прислушался, и шёпотом шикнул:
– Тихо все!
Ковин с бойцом, пользуясь тем что ещё не стемнело, учили устав, а может и повторяли чтобы всё помнить, как и остальные удивлённо посмотрели на меня. Я же, достав из подсумка подзорную трубу, стал всматриваться в лес, переключая магический бинокль в разные режимы. Наконец в тепловом спектре сработало, в ста метрах от нас шло трое, пробирались, значит не послышалось как под ногой у одного хрустнула сухая ветка. У нас гости. Это я и озвучил, убирая амулет на место:
– У нас гости. Трое, похоже наши. Агеев, бери ещё одного бойца для подстраховки и сбегай, посмотри кто это. Если наши, веди сюда. Только смотри под выстрел не попадись, те на нервах могут быть, выстрелят на любой шум. Дистанция до них метров сто.
– Есть, – козырнул тот и прихватив бойца, как раз того что был из взвода охраны, не потерявший оружия, видимо ему больше доверял, и вскоре они скрылись.
Я после ужина успел свою винтовку почистить, сейчас другой боец моими чистящими средствами своё оружие приводил в порядок, остальные в очереди, и сейчас пользуясь моментом, беря из кармана патроны, я снарядил расстрелянный у колонны магазин, и убрал его также в карман, в подсумках места для него не было. Когда я закончил, с заметным шумом вернулись бойцы с тремя гостями. Ну как я и думал, наши и есть. Один сразу привлекал внимание, комбинезон, перетянутый ремнями, и лётный шлемофон, лётчик, и судя по виду сбитый. По кубарям определил, что тот старлей. Двое других были красноармейцами. Причём одного я знал, да это один из комендачей что обыскивали и осматривали подворье где меня по голове отоваривали. Про этот случай я не рассказывал, позорится не хотел. Тот меня тоже узнал и обрадовался, слегка улыбнулся и кивнул. Пригласив тех к столу, хлеб и сало осталось, немного, но троих накормить смогу, правда, теперь запасов не оставалось. Пока те с жадность ели, я смог их расспросить, это не допрос был, вон как старлей глазами крутит. Уже определил, что он тут старший по званию, и явно строил на нас планы.
Лётчик оказался истребителем. Но это можно было предположить, раз один, а не с членами своего экипажа, если бы тот был пилотом бомбардировщика. Сбили его в обеденное время, благо приземлился у своих, и тот двигался в колонне на машине с бойцами из комендантского взвода, когда колонну атаковали сначала с воздуха, а потом и из засады. Кто выжил, разбежались, эти вот втроём шли. Второй боец тоже был из комендатуры, телефонистом оказался. Оружие было у всех, не растеряли. А вот с патронами совсем беда, по два-три у бойцов, лейтенант так пустой. Я поделился с бойцами, выдал на каждого по пятьдесят патронов. Кстати, один из бойцов тоже ни шинели, ни сидора не имел, в машине остались. У второго бойца хоть скатка сохранилась. Для них обстрел из засады тоже оказался неожиданным, себя спасали, о вещах не думали.
Когда те поели, и даже попили горячего чая, для них воду повторно вскипятили, старлей сразу взял слово, и понятное дело, что мне его решение мне не понравилось, тот решил взять всю нашу группу под своё командование как старший по званию, причём он даже и не помышлял о непослушании. Это он зря, я намекнул что может в воздухе он и ас, а тут всего лишь обычный, даже не особо хороший боец. Специфика не та. Тот сразу разорался, требуя соблюдения устава, и что примечательно, бойцы встали на его сторону, а Ковин ещё, гад, мне мой же устав показал, потыкав в него пальцем. Ну да, тут я не прав, возражая старшему по званию. Что ж, будем выполнять приказ, как тот и скомандовал. Хрен с вами. Интересно, а что есть они будут? Сами за ним пошли, вот пусть он и кормит, я теперь лично ни крошки не выдам из своих запасов, исключая те что в сидоре были. Именно были, потому как там кроме заварки, лишь баночка мёда осталась, и то почти пустая. Мёд я любил. Подумав, я даже пришёл в хорошее настроение, и подложив сидор под голову, каска рядом лежала перевёрнутая, стал насвистывать. Это заметили. Старлей показав кто тут старший, сразу развёл власть, командуя, узнавал кто что имеет, и заметно посмурнел выяснив, что последние крохи продовольствия как раз они съели. По оружию и боеприпасам также было, мало, единственный вещмешок у меня. Ладно хоть у одного из бойцов что с ним пришли, скатка сохранилась, как я уже говорил. Свою шинель я отдал нашему военфельдшеру на ночь.
А сейчас один из бойцов поинтересовался таким моим приподнятым настроением, вот я и ответил:
– Да понимаешь, я внезапно осознал, что готов был в лепёшку разбиться, но вытащить вас к нашим, целыми и невредимыми, такую задачу себе поставил, не самую лёгкую. А с новым командиром задача с меня снята, и теперь он о вас заботится должен. Бойцы, которые вроде как считаются моими, показали, что моими так и не являются, и по сути своим решением сняли с меня обязанности заботится о них. У вас теперь новый командир, он вас будет кормить, снабжать всем что необходимо, ну и обеспечит безопасный выход к нашим. С меня снято всё это, чем не причина для хорошего настроения?
Мои слова заставили присутствующих задуматься, включая старлея, который прекрасно меня слышал, сидя не так и далеко. Тут я намекнул что уже стемнело, и пора было укладываться спать. Для себя я нарубил ножом лапника, нижние ветви ёлки, а на самом деле используя меч, всё равно рядом никого нет, не видят, и принёс охапку для подстилки. Правда потом ещё раз сходил для нашего военфельдшера, остальные сами себе резали и ломали, решив, что с лапником хорошея идея. Что примечательно, бойцы легли вместе, согревая так друг друга, ночью всё же изрядно холодно было, особенно под утро, а вот я отдельно лёг. В прочем, наша дама тоже. Старлей уже расписал кто на часах будет стоять, таких неудачников было двое, по очереди дежурства у них, и я в их число к счастью не попал, хотя летун в мою сторону с сомнением и поглядывал, так что еловые ветки подо мной, еловые ветки надо мной, для тепла, и вот так вскоре уснул, обнимая винтовку. Растяжки я естественно ставить не стал, как планировал ранее, не я теперь за безопасность отвечаю, оттого и лёг чуть в сторонке от основной группы. Ночью, если что, меня заметить сложно.
Проснулся я от холода, такой дубак напал, что вылез я из-под веток весь синий. Достав магическую фляжку, я сделал пару больших глотков вина, чисто для сугреву, и стал зарядкой заниматься, заодно оглядывая наш лагерь. Часовой, между прочим, благополучно спал, стоя, прислонившись к стволу берёзы. Видя, что на меня никто не смотрит, все спят, я достал плащ-палатку и завернувшись в неё, слега задремал, спать уже особо и не хотелось, выспался хорошо, а до рассвета оставалось около часа. Тут с накидкой таиться пришлось, уже все знали, что у меня в сидоре, старлей инвентаризацию всему провёл. Утром нужно будет её убрать обратно.
Дремота вскоре ушла, поэтому достав из кольца сухарик, и кружку, не мою, эту эмулированную я в доме бандитов польских прихватил, как раз на такой случай, налив в кружку вина и макая в него сухари, стал есть. Утром не дадут, глаз много, а сейчас можно. Причём я не крысятничал, моё, честный трофей. А эти, раз отказались от меня, пусть пропитание сами добывают, теперь я им не помощник, ещё не хватало все секреты им выдавать. Кстати, слив воды из фляжки я наполовину залил её вином. Возможно утром лёгкий перегар кто-то учует и мне было нужно алиби. Ведь про фляжки не спрашивали, как и про спиртные напитки, так что если старлей спросит почему не сказал, так не спрашивали. Хрен им, обиделся я на такое полное недоверие. По телу стало расплываться тепло и сытость, поэтому повозившись, я встал, убрав плащ-палатку на место, и развёл огонёк на прежнем месте, решил подождать утро рядом с ним, заодно согреюсь. Пока было время, я решил поразмыслить. Да всё о той же магии и об амулетах.
Про магию стихий я не забывал, всё же тренировался. Вчера, например, когда бойцы отдыхали после бега от уничтоженной немцами колонны, те самые полчаса, я потренировался в магии, а те ничего и не заметили. Ну были порывы ветра, земля не вспучивалась, я работал под поверхностью. Даже медитацией заняться успел. Сегодня утром, пока завтракал не спеша, также позанимался стихиями, а потом помедитировал. То, что я при этом насыщался, мне нисколько не мешало. Правда, неожиданно дало в голову вино, оказалось в паре с хлебом, пусть даже это сухари, оно становилась аналогом водки. Крепким. Больше такие эксперименты проводить я не буду. Сейчас вроде алкоголь уже стал выветриваться из крови, не шатало, лёгкая эйфория пропала и мыслить я начал трезво, что не могло не радовать. По тренировкам ладно, медленно, но прогресс всё же есть, я постепенно поднимал свои умения, хотя до полной мощи меня ждут года таких тренировок. Но и сейчас я мог многое. Многое, но не всё, поэтому замена в виде амулетов была предпочтительна. Да и даже когда я стану очень хорош в магии стихий, то вряд ли амулеты пропадут из моей жизни, всё же те действительно отлично помогают в быту. Вот только даже сейчас трёх амулетов мне маловато, распробовал я их, это конечно необходимый минимум, мне повезло что из трёх случайных амулетов образовался набор путешественника. Ведь как не посмотри, но это так и есть. Так чем я не доволен? А тем что я мог находить другие амулеты, исследовать их и накапливать свою коллекцию, но не занимаюсь этим. Например, найти амулет что поможет мне искать и распознавать другие амулеты. Ох как я желал владеть им. Да и другие находки могут пригодится.
Пошевелившись, я уже согрелся теплом от костра, тут ещё часовой проснулся, и виновато поглядывая на меня, тоже подошёл греться, я ничего не сказал, лишь покосился на того, а сам продолжал размышлять, изредка подкидывая ветки в костерок. В Кобрине я пытался найти не только магазин военторга, но и расспрашивал жителей, особенно тех что имели интеллигентный вид, есть ли в городе антиквары, мол, мне нужно срочно по военной надобности расспросить их как экспертов. Или в Кобрине их не было, вот уж в чём я сомневаюсь, или мне их не выдали, решив, что пользуясь неразберихой, я хочу их ограбить. Ну, не сильно-то они и ошибались. Амулеты, если бы они у них были, я точно бы прибрал к рукам, особо и не спрашивая хозяев. Ну или выдав что взамен. Например, один из кинжалов, по виду тот очень дорогой и наверняка оцениться антикварами правильно. Хотя и тут у меня были сомнения, его могут принять за новодел. Как оказалось, в безразмерном кармане времени нет, я как-то в него кружку чая сунул, горячего, ещё в училище, а вспомнил про неё только на стрельбище, где мы по конусам стреляли. Шесть дней прошло, а чай был всё тот же, горячий, кипяток скорее. Похоже в кольце ещё и стазис был встроен, так что если будут проверять, то эксперты могут сказать, что кинжалу несколько лет, подделка под старину. Не хотелось бы так рисковать.
Вздохнув и посмотрев на небо, оно уже стало светлеть, я сказал часовому: