Устроит?
Оставайся и утешай бедную «почти вдову» по ночам. Хоть по шесть раз кряду.
Дорака это устроило.
Лорена оказалась жадной, ненасытной в постели и неглупой. С ней не было тяжело, женщина отлично понимала, чего хочет, и не переходила границ. Дорак был ее отдушиной, и женщина пользовалась ей, соблюдая всю возможную осторожность. Герцог еще не умер, а жена-изменница не может рассчитывать на многое при оглашении завещания.
Сложности создавала лишь Силанта Колойская, дочь Лорены, которая, кажется, на полном серьезе влюбилась в красавца-капитана. Сам же Дорак шарахался от нее, как шервуль от святого ключа, отлично понимая, что замуж за него девушку не выдадут, а вот голову оторвут. Обе…
Да и зачем ему та Силанта?
Увы, девушка пошла не в Рисойских, а в Колойских. Единственное, что она унаследовала от Лорены – светлые волосы. Все остальное – от Никора Колойского, своего отца.
Плотную, коротконогую фигурку купчихи, широкое лицо, нос-картошку, небольшие и цепкие серые глазки… и стремление ко всем жизненным наслаждениям. Мать ее ограничивала, как могла, но Силанта любила покушать, поспать, любила поездить по гостям…
Нет, этот кабачок без приданого капитана не привлекал. Силанта это видела, но сладок запретный плод. И капитан едва успевал удирать от настойчивой девчонки.
Лорена пару раз устраивала ей выволочку, но безрезультатно. Так что когда встал вопрос, кто поедет за Марией-Эленой, Дорак вызвался сам.
Любовница подумала и согласилась.
Герцог умирал, и лучше соблюдать приличия. И от дочери подальше… она начала уже переговоры по соседям, собираясь сплавить Силли с рук замуж за хорошего человека…
Мария-Элена…
Дорак натянул штаны и поморщился.
Странная она какая-то… то мышь – мышью, а то как взглянет… Как скажет…
Бррррр…
Кровь Домбрийских не спрячешь, пусть даже и монастырское воспитание сказывается… там ее наверняка приучили ходить, глядя в пол, и не повышать голоса, но куда спрячешь наследие рода?
Томор Домбрийский уже болел, и сильно болел, когда Дорак появился в замке, но о нем легенды у прислуги ходили.
Как он затравил разбойника гончими, как приказал повесить недобросовестного мельница прямо на жернове, как высек плетью повара за кислый соус…
Историй было много, ох, много…
Видимо, дочь пошла в него. И Лорену ожидает сюрприз…
Чью сторону примет сам Дорак?
Глупый вопрос. Победителя, конечно. А в драку не полезет, нет… лучше уж заседлать коня ночной порой, да и дорога под ноги. Мало ли с кем он спал, что ж теперь свою голову за каждую женщину подставлять? Ищите дурака в другом месте, а он сам уволится.
Или сразу? Мало ли какие сюрпризы последуют от Марии-Элены?
С сюрпризами Дорак угадал.
И часа не прошло, как они выехали со двора, Мария-Элена подозвала его и пригласила проехаться с ней в карете. Ненадолго и не задергивая занавесок, чтобы не болтали злые языки.
Дорак подумал, что бывало разное… и занавески тут не помеха, но спорить не стал. Кинул поводья одному из солдат и перебрался в карету, красуясь перед девушкой.
Увы, во взгляде, которым его окинули, восхищения не было. Ни капельки. Мария-Элена смотрела так, словно мужчины перед ней по сорок раз на дню красуются и надоели хуже горькой редьки.
– Присядьте, капитан. Я не могу предложить вам вина, но это ваша вина, – Малена усмехнулась получившемуся каламбуру. – Давайте поговорим о делах наших скорбных…
– Ваша светлость? – искренне удивился Дорак.