В сетях интриги. Дилогия: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

«Целую вечность!» — кажется ему.

«Один миг!» — кажется ей.

Но листок раскрыт. Буквы прыгают… Или это рука дрожит? Нет. Луиза сумела приказать руке. Она вся ледяная сейчас, но не дрожит. Сердце так сильно бьётся под тесным корсажем. Кровь прилила в голову. Оттого и буквы дрожат, прыгают…

Какие смешные буквы… какие забавные слова слагаются из них. Медленно, как по складам, читает про себя Луиза. А сердце бьётся всё сильней… Вот-вот не станет больше мочи и оно остановится, замрёт!.. Что тогда? Надо читать эти смешные слова… эти забавные фразы… Ведь в них роковой смысл… В них вся жизнь… Что же будет в этой жизни? Хочет узнать девушка, силится заглянуть через узор ровных тёмных строк вдаль жизни и не может… Рябит, пестреет в глазах…

Надо скорей читать, пока там не кончили спор…

Хорошо, что они завели его… Пусть даже нарочно — всё-таки хорошо…

Она читает.

«Я решаюсь, я вынужден выразить вам свои чувства, принцесса, — читает она. — Имея разрешение моих родителей и государыни сказать вам о моей любви, хотел бы узнать от вас: желаете ли вы принять мои чувства, ответить на них? Могу ли я надеяться, что вы будете счастливы, став моею женою?»

И буква «А» вместо подписи.

Скорее угадала, чем прочла глазами принцесса короткие, такие сдержанные и в то же время ясные, наивные строки.

Как будто и не досказано в них что-то… но и сдержанность самая в них говорит о чём-то возможном, прекрасном, ожидающем впереди…

Медленно сложив листок и незаметно опустив его за корсаж, берёт карандаш принцесса. Горит теперь её лицо. Горят уши, коралловыми стали губы. Внятно, чётко пульсируют жилы на шее под ухом, на висках…

Медленно скользит её карандаш по бумаге. Ровные ложатся строки на белый листок.

Она пишет:

«Я охотно готова принять ваши объяснения; надеюсь, что буду счастлива, когда стану вашей женой, покоряясь желанию, которое выразили мои родители, отправляя меня сюда».

Сложила, подвинула к нему, отдала.

Но он ещё раньше прочёл всё, что там стоит, и, даже не читая, знал, что ответит девушка. Ему понравилось, что и она помянула о покорности воле родителей.

Значит, сперва брак… А там — любовь или нет? — что пошлёт судьба, что сами они подготовят друг для друга.

Это удобно, хорошо. Сразу определить взаимные отношения…

Почтительно склонив голову, берёт он листок, развернул, пробежал глазами, снова незаметный полупоклон. Встаёт, идёт прямо к императрице… Что там будет?.. Замирает снова сердце у девушки.

А спор между тем как раз в эту минуту кончился. Опять началась игра…

— Принцесса, вы пишете? — обращаются к ней.

И она рада, что её окликнули, что заставляют писать, что-то делать… думать о чём-то другом, а не о том, что сейчас огнём заливает грудь и как молотом ударяет в виски!..

Семнадцатого декабря произошло это тихое официальное сватовство, похожее скорее на обмен двумя дипломатическими нотами, чем «любовными записками»… Но большего и не требовалось от высоких «обречённо-обрученных». Дело закипело, и уже 20-го числа поскакал курьер к графу Румянцеву с письмами на имя родителей Луизы и деда её, маркграфа Баденского.

От имени своего старшего внука Екатерина просила руки принцессы, устанавливала порядок принятия Луизой православия, а срок свадьбы намечала на предстоящую осень 1793 года. Что касается младшей сестры, Фредерики, — зимой отпустить девочку императрица не решалась и обещала прислать её не позже мая того же года.

Полное согласие на все планы Екатерины пришло с обратным курьером как раз к Новому году по русскому стилю. Немедленно назначен был принцессе наставник православного Закона Божия, учёный архимандрит Иннокентий из новгородского Антониевского монастыря. В то же время начались постоянные уроки русского языка совместно с великими княжнами.

Но и раньше ещё Луиза охотно прислушивалась к русской речи; нередко обращалась к княжнам, и те служили своей подруге первыми наставницами русского языка, который так мило и забавно коверкала порой их добровольная прелестная ученица.

Взрывы весёлого хохота княжон и госпожи Ливен или Шуваловой, которые присутствовали при импровизированных уроках, заставляли вспыхнуть принцессу, и, забавно, по-детски надув губки, она умолкала, хотя ненадолго. А затем уже переходила на родную немецкую или французскую речь, которая чаще всего раздаётся при этом дворе, особенно среди молодёжи.

Благодаря новым занятиям и старому веселью время незаметно прошло для обеих сестёр. Миновала зима. Весна развернулась во всей северной красоте и нежности. Вот уже и май настал, цветущий, зелёный. Давно пора переезжать куда-нибудь из города. Но Екатерина не назначает желанного дня. Ещё тут, в городе, предстоят разные события и дела.

Девятого мая в большой церкви Зимнего дворца состоялось миропомазание принцессы Луизы, получившей при этом православное имя Елизаветы Алексеевны.