– О, непременно, мистер Питерс. Непременно.
Следующие три урока прошли точно так же, как первый, хоть я и пыталась каждый раз избавиться от Сойера. Я это делала не потому, что не испытывала к нему благодарности – в конце концов, его стараниями этот день не стал самым адским днем моей жизни, – а потому, что не могла же весь год таскать с собой подушку безопасности в его лице. Сойер дал мне уверенность, которой мне так не хватало, чтобы пережить этот день, – и она только крепла от урока к уроку.
– Без твоего согласия тебя не унизят, – назидательно произнес он, когда вел на второй урок.
Прежде чем раздраженно закатить глаза, я напомнила себе, что Сойер просто пытается мне помочь. Глупо было надеяться, что пристальные взгляды или перешептывания полностью меня минуют, но их было гораздо меньше, чем могло быть. Теперь я у Сойера в долгу, и, честно говоря, не очень-то мне это нравилось.
Увидев, что я преспокойно сажусь за наш столик в столовой, Тейлор так выпучила глаза, что казалось, голова у нее сейчас взорвется. На первые пять ее звонков утром в воскресенье я не ответила, а потом просто выключила телефон. Но дальше уворачиваться от расспросов не выйдет.
– Ты что, уронила телефон в унитаз? – прошипела она, не дав мне даже сесть.
– Разрядился. И зарядку найти не смогла, – я выдала самую невинную из улыбок. Интересно, ложь во спасение – спасение от таких болтунов, как Тейлор, – все еще считается ложью?
Ее лицо смягчилось – кажется, она мне поверила.
– Бедняжка. – Она положила руку поверх моей. – Как будто тебе и без того было мало.
Я угумкнула, ткнувшись в стакан с апельсиновым соком. Очередной кирпич лжи в стене моего позора.
– Ладно, тогда с чего начнем? – Тейлор придвинулась ближе.
Лекси с Самантой перестали жевать свой сельдерей и наклонились над столом, считай, легли на него. Надо было как можно скорее с этим заканчивать. Меня не выпустят, пока не высосут все, что их интересует, до последней капли. Но хуже другое: если не дать того, чего им хочется, недостающие места заполнит ложь. И тогда – привет, слухи, выдумки – называйте как угодно.
– А с чего ты хочешь начать? – спросила я, залпом допив сок.
Тейлор заговорщически оглянулась и прошептала:
– Ты знала, что он украл машину?
– Нет конечно. – Я почти обиделась вопросу, но быстро поняла, что мой ответ их разочаровал. В глазах этих девушек я стала бы на пару уровней круче, если б тоже была замешана, а то и лично участвовала в угоне.
– И ты с тех пор с ним не виделась?
Как же больно думать о нем. Еще больнее признавать, что с того злополучного вечера он так и не объявился.
– Неа.
Тейлор с подружками, кажется, разочаровались вконец.
– Народ гудит, что его преследовала, типа, чуть ли не сотня полицейских машин, а он вернул тачку хозяину, потом пошел прямо в полицейский участок и сдался. – Тейлор выплескивала на меня информацию, яростно размахивая и тряся руками, и я даже отодвинулась на полметра. – Ты что-нибудь такое слышала, Люси?
– Ни малейшего звука, – ответила я, уже изнемогая от их допроса, а это было только начало – от часовой перемены прошло три минуты.
– Так это правда, что он, типа, просто бросил тебя? – спросила Лекси, вгрызаясь в морковную палочку.
Да эта троица съедает сырых овощей больше, чем целая семейка долбаных кроликов. Я, конечно, сама немало их ем, чтобы держать себя в форме для танцев, но предпочитаю добавлять яблоки, батончик мюсли или что-нибудь посущественнее.
– Угу. – Я мысленно молилась, чтобы разговор перескочил на что-нибудь другое. – Это было ужасно.
– А домой ты как добралась? – Лекси помахала морковной палочкой.
Я не успела выдать прозаическое «на машине», как Тейлор, выгнув бровь, с намеком улыбнулась.
– Я слышала, ты приехала на переднем сиденье одного очень известного «БМВ-325i».
– Никогда не разбиралась в марках машин, – сказала я, покосившись через плечо. Ну хоть бы кто-нибудь пришел на помощь! Черт, сейчас меня устроил бы даже псих в маске и с бензопилой, честное слово!
– Тебя отвез домой Сойер? – Недоеденная морковка выпала из руки Лекси.