— Ну, не разговаривай, а скачи, волчья сыть, травяной мешок! — рассердился Кащей.
Только они стали нагонять Ивана Крестьянского Сына с Марьей-красой, конь под ними повернул голову к Кащееву коню и сказал:
— Не подходи, братец, близко — хвостом голову отрублю.
Услышал это Кащеев конь и упал на колени передними ногами, а Иван Крестьянский Сын со своего коня соскочил, яйцо выхватил и изо всей силы об землю кинул. Яйцо разбилось, к небу взвилось высокое пламя, и раздался сильный гром. И в тот же миг разорвало поганого Кащея на семь частей. Смрад пошел тяжелый.
Иван Крестьянский Сын вскочил на трехногого Кащеева коня, и поехали они с Марьей-красой.
Воротились в свое царство, в свой дом, и стали они жить, мед-вино пить. И я там был и мед-вино пил, по усам текло, а в рот не попало.
КАК ИЛЬЯ МУРОМЕЦ ПОБЕДИЛ СОЛОВЬЯ РАЗБОЙНИКА,
ОБЖОРУ И АЛЬКАДЫМА
Жил-был под Брянском мужичок. Родился у него сын. Назвали его Ильей.
Дожил Илья до тридцати лет, но не мог двигать ни руками, ни ногами.
Вот раз отец его собрал мужиков на толоку и отправился с ними расчищать ляда, а мать пошла звать соседок нести им обед.
Заходит к Илье в хату старичок.
— Здравствуйте!
— Здравствуй, дедушка! — отвечает Илья.
— Дай мне, голубчик, напиться, нет ли чего у вас?
— Есть у нас, дедушка, квас хороший, да я не могу двигать ни руками, ни ногами.
— А ты обопрись-ка на руки.
— Нет, дедушка, не могу! Тридцать лет уж я сиднем сижу.
— А может, ты встанешь! Обопрись, обопрись на руки. Пошевелил Илья руками и ногами, встал и подает старику квасу.
— Пей, дедушка!
— Пей ты, голубчик, сам!
Выпил Илья кружку квасу, а старик спрашивает:
— Ну как, Илья Муромец, почувствовал в себе силушку?
— Если бы господь утвердил столб в земле до самого неба, то я^йзялта бы за этот столб и перевернул бы вверх ногами мать сыру землю!
— Принеси-ка, Илья, еще кружку квасу!
Принес Илья квасу и подает его старику.
— Пей, Илья, сам половину кружки!
Выпил Илья половину кружки квасу.
— Ну, а теперь сколько силушки, Илья, в себе чувствуешь?
— Половина силушки у меня теперь убавилась.