Взял он от забитого кабана пузырь, налил в него крови, привязал жене под левой рукой и приказывает ей:
— Гляди же, как панычи придут — так ты будто спишь. Я ножиком по пузырю полосну, а ты — брык и полежи малость, а потом вскочи да за метлу, да возьмись готовить всякую всячину,, да разговаривай, ну, будь прямо шелковой.’
Увидели это, панские сыновья.
— Пойдем-ка своим так же сделаем.
Взяли ножи. Один свою — раз и другой свою — раз! Тут им и конец.
Будили-будили — не встают! Назавтра чуть свет встали братья и пошли к Степану:
— Пойдем, утопим тебя, бери мешок.
Взяли мешок и пошли к озерку. Сунули его в мешок, глядь — а озерко-то замерзло.
— Сходим, брат, за топором, а он тут цел будет.
А идти верст пять.
Степан услыхал, что кто-то мимо едет, и давай кричать:
— Ни читать, ни писать не умею, а хотят посадить королем.
А это дьяк на тройке ехал.
— Я,— кричит,— умею и читать и писать!
— Ну так развяжи мешок да сам влезь в него — тебя и посадят королем.
Влез дьяк, Степан завязал мешок, сам — на тройку, да и поминай как звали!
Вот пришли те с топорами, Лед прорубили да в прорубь его, дьяка-тр. Сами повернулись и пошли.
Идут, а Степан катит на тройке мимо них.
Они и спрашивают:
— Где это ты взял? Мы ж тебя в воду кинули!
— А разве вы не слыхали, как я под водой коней ловил: тпру, бурый, тпру, серый! Там — какие хочешь.
— Ну так кинь и нас.
Он одного — в прорубь и другого в прорубь, а сам поехал домой.
Стал жить-поживать да панов с белого света сживать.
КАК БАРИН ЛОШАДЕЙ ИЗ ТЫКВЫ ВЫСИЖИВАЛ
Посадил один мужичок тыквы, и удались они на славу. Набрал он их и повез в город продавать. Подходит к нему барин и спрашивает:
— Что это ты, мужичок, продаешь?
— Да яйца,— отвечает мужик.
— А что из них можно сделать?
— А вот что,— говорит мужик.— Если ты хочешь ездить на хороших лошадях, так взберись на елку повыше и садись на эти яйца: высидишь себе таких лошадей, каких никогда и не видывал/