Она — за кочергу и побежала. Подбегает к бане, глядит, а они там знай купаются.
— Эх,— говорят, — что ж вы так плохо натопили, мы уже совсем закоченели.
Она назад бежит с плачем к отцу иг говорит:
— Батюшка, они там будто в ванне купаются!
— Ну, дочка, видно, идти тебе замуж. Это люди не простые. Больше я им приказывать не стану, а то они меня самого изведут.
Пришли те из бани, старик им говорит:
— Ну, берите дочку.
Взяли они старикову дочку и повели. Вот пришли они к морю, расстилают рогожку. Уселись все на нее и поехали. Только по морю поплыли, невеста бултых в воду! Тот, который в копны море складывает, ворохнул вилами, а тот, кто все на свете видит, сгреб ее и —обратно на рогожку. Иван Дарган держит невесту, а она и говорит:
— Кабы за тебя, Иван Дарган, так я бы согласилась за милую душу, а то ведь ты меня поведешь к Кащею!
— Да, — говорит Иван, —поведу к Кащею.
Переплыли море. Тут и распрощались товарищи: кто откуда
вышел, туда и обратно пошел, а Иван повел ее к Кащею.
— Ну, вот, привел тебе невесту.
— Анципка, подними-ка веки!
А та аж кряхтит, поднимая. Глянул Кащей:
— Ну, теперь, Иван, гуляй у меня!
Погулял он с неделю, а Кащей ему снова:
— Знаю еще и не такую красавицу, она на дне моря живет.— Приказывает он Ивану: — Достань ты мне морскую красавицу; коли достанешь — отпущу на все четыре стороны, а не достанешь — мой меч, твоя голова с плеч. Иди ты вдоль моря влево за семьдесят верст, там на берегу растут красные кусты, она каждое утро наверх выплывает, под солнышко, да песенки распевает, а как запоет — даже море колышется. Так вот хочешь не хочешь, а мне ее добудь!
Пошел Иван в город, заказал мастеру такую повозку, чтобы двери были раздвижные, да чтоб человек в ней сидел, а виден бы не был. Да чтоб разукрасил тот ее разными цветами. Потом набрал Иван всяких напитков и закусок, нанял в городе лошадь и поехал к морю с Повозкой. Ну, приехал туда, остановился в тех кустиках возле берега, а лошадь отпустил домой. Сел Иван в повозку и сидит себе, утра дожидается.
Вот настало утро, и выплывает морская красавица, подплыла к берегу, стоит по плечи в воде и говорит сама с собою:
— Ой, что это такое? Видно, что-то лакомое... Да не опасно ли его есть, не хочет ли кто изловить меня? Нет, не пойду! — и ^скрылась в море.
Сидит Иван до другого утра. Вот выплывает она снова. Подплыла к берегу, вышла на сушу, шага на три не дошла до Ивана, стала.
— Нет, не поймал бы кто-нибудь меня! — и назад в море.
Сидит он до следующего утра. Вот на третье утро опять она выплывает. Вышла на берег, подошла к повозке, стала пить и есть, а сама говорит:
— Эх, и вкусно же! И нет здесь никого.
Тут Иван мигом дверцы раздвинул и хвать ее за руку. Она вырывалась, вырывалась, а он говорит:
— Нет, не вырвешься!
А она такая красавица, что ни в сказке сказать, ни пером описать. Как глянул Иван на нее, так и подумал себе: «Вот бы мне такую жену!» А та обнимает его, целует да приговаривает:
— Ты меня к Кащею поведешь?
— Да,— говорит,— к Кащею.