— О’кей. Где?
— Давай встретиться у меня дома сегодня вечером, — вылетело из моего рта, прежде чем я смогла остановиться. Ноги от испуга покосились.
Он широко улыбнулся, но я указала на него пальцем и рыкнула:
— Даже не думай.
От его взгляда, воздух застрял у меня в груди. Стид выглядел так, будто хочет поцеловать меня и, честно говоря, если бы мы не стояли на площадке Осеннего фестиваля на глазах людей, вероятно, я позволила бы ему это. Конечно после, отрезала бы ему яйца.
— Во сколько? Мне нужно договориться о Хлое.
Бам! Опять боль в груди.
— В пять. Это достаточно рано, чтобы не пропустить ужин или еще что-нибудь?
Его глаза стали грустными.
— Да. Да, отлично.
— Договорились, — кивнула я.— Пришлю тебе адрес.
Развернувшись, я пошла к палатке, где стояла Корин. Я сосредоточилась на дыхании, так как чувствовала спиной взгляд Стида. Один взгляд через плечо доказал, что я права. Я слабо улыбнулась ему, но мое сердце колотилось как бешеное. Я не хотела прощать его, хотела злиться, но сердце начало побеждать в войне с головой.
Когда я добралась до стенда, почувствовала еще один взгляд. На этот раз — Джина. О, эти глаза были наполнены злобой.
Я стояла перед зеркалом и стонала.
— Зачем я позвала его домой?
Корин сидела на краю моей кровати.
— Потому что в глубине души ты хочешь, чтобы кое-что случилось.
Я возмущенно посмотрела на нее в зеркало, открыв рот.
— Нет!
Корин рассмеялась.
— Хватит. Вы смотрите друг на друга, с таким голодом, — она откинулась на кровать, и простонала: — О-о-о, иметь такую любовь...
— Ты сошла с ума, — фыркнула я — Я не смотрю на него так, а уж он и подавно. Кроме того видела, как он разговаривал с Джиной?
— Да, ладно, — Корин села, — Джина — потаскушка. Стид не заинтересован в ней. Она просто вешается на него. Верь мне. Я вижу.
— С каких пор ты стала поклонницей Стида? — спросила я, укладывая волосы в прическу.
— О, нет. Поверь, когда он представился, я хотела врезать ему как следует. Хотя на его красивое лицо можно запасть, — подмигнула Корин, и я не могла не засмеяться.
— Он красивый, не буду спорить по этому поводу.
— Черт, они все красивы. И тела как у греческих богов. Что, черт возьми, их мать пила во время беременности?
Смеясь, я села в кресло.
— В юности, все девочки сходили с ума от братьев Паркер. Трипп — старший брат, вел себя как лорд, и девочки толпами бросались на него. Было даже грустно на них смотреть.
— Он когда-нибудь серьезно встречался с кем-нибудь?