— Бритье и стрижка…
— Ни к чему! — ответил класс одновременно. Все глаза были устремлены на меня.
— Класс, я должна бежать в офис, но миссис Хаас меня заменит, она поможет вам работать над своими проектами. Вы продолжайте рисовать, и когда я вернусь, мы поговорим о них. Тогда настанет время историй.
Дети закивали, а некоторые ответили:
— Да, мэм.
Когда я прошла мимо миссис Хаас, она схватила меня за запястье и вытащила из класса.
— Я чувствую, что тебе нужно предупреждение о том, что происходит.
С трудом сглотнув, я спросила:
— Да?
Школа узнала, что я беременна? Невозможно… А может кто-то увидел, как я купила тест? Или пошел слух с кабинета врача? Нет, невозможно… Что если Хлоя озвучила свои мысли о ребенке. Черт!
— Мама Хлои в офисе... Устроила сцену.
Я смотрела на нее, не уверенная, правильно ли расслышала. Руки накрыли рот, и страх ударил под дых.
— Что?
— Я уже звонила Стиду, но он не ответил. Я вспомнила, что в документах Хлои указано, что ее матери не разрешено контактировать с ней. Проверила и оказалась права. Прости, Пакстон. Мы не знаем, что делать. Я думаю, ты не хотела бы сцену с полицией.
Убрав руки ото рта, я сделала в глубокий вдох.
— Нет, ты поступила правильно. Я скоро вернусь.
Она кивнула и зашла в класс, исчезая по ту сторону двери. Я должна была быть растеряна, но часть меня была вне себя от злости, что у этой женщины хватило смелости показать свое лицо в школе Хлои. Я практически бежала по коридору, мои каблуки стучали по кафельному полу, и мое сердце стучало в ушах. В офисе, Мардж, администратор, указала на конференц-зал мистера Хайнса.
— Мардж, позвоните Митчеллу и скажите ему, что происходит. Если не сможете с ним связаться, позвоните в полицию.
— О, хорошо. Конечно-конечно.
Не знаю, где взяла смелость и отрастила яйца, но я толкнула дверь и вошла. Она сидела там...
Женщина, которая была замужем за Стидом. И родила ему ребенка. Она была красивой. Светлые волосы стянуты в аккуратный пучок, прекрасно сделанный макияж был немного тяжеловат, но ей шел. Кроваво-красные ногти стучали по столу, но остановились, когда я вошла. Ее глаза осмотрели меня, ненависть сочилась со всех пор ее тела.
— Ким, — сказала я с коротким кивком.
Ее глаза прищурились, затем широко открылись. Она удивилась, что я назвала ее по имени.
А потом, она узнала меня. Стид говорил, что у него в портмоне была моя фотография, и когда Ким нашла ее, то хотела сжечь.
— Ты, должно быть, шлюха, по которой мой муж сохнул все эти годы.
Мистер Хайнс возмущенно поднялся со стула, но я подняла руку, чтобы он успокоился.
— Не знаю, что вы здесь делаете, но вам нужно уйти, прежде чем мы вызовем в школу полицию.
Она подняла брови.
— Ты даже не собираешься отвечать на то, что я назвала тебя шлюхой?
— Вам был выдан судебный запрет, держаться подальше от Хлои.