Рама II. Сад Рамы. Рама явленный: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Бомбардировка затихла. В Альтернативном Домене наступила жуткая тишина. Перед Николь в сотне метров над казавшимся неповрежденным домом висел светляк. Николь увидела входивших в здание октопауков, один из них был явно ранен. «Наверное, это один из временных госпиталей», — решила она, поворачивая.

Но через какое-то мгновение Николь услышала странный, совсем негромкий звук. Сперва она не обратила на него внимания, но на второй раз уже расслышала отчетливо. Николь застыла. Холодок пробежал по ее спине. «Это же младенческий крик», — подумала она, останавливаясь. Несколько секунд она ничего не слыхала. «Быть может, мне показалось?» — спросила себя Николь.

Напрягая глаза, она вглядывалась в полумрак справа от себя, пытаясь выявить источник звука. Поваленная набок проволочная изгородь тянулась метров на сорок вдоль поперечного переулка. Она поглядела на недалекое сооружение. Безусловно, я нужна октопаукам, думала Николь. Но разве можно… Крик повторился в ночи, на этот раз отчетливей — отчаянный писк беспомощного человеческого младенца.

Она торопливо перебралась через поваленный забор. На земле перед ней оказался поломанный цветной знак. Николь пригнулась и подобрала кусок его. Узнала цвета, которыми октопауки изображали понятие «зоопарк», и сердце ее застучало. «Ричард слышал такой крик именно в зоопарке», — вспомнила она.

Слева в километре от нее прогремел взрыв… потом другой, уже много ближе. Геликоптеры производили очередную вылазку. Ребенок кричал теперь непрерывно. Николь старалась идти на крик, но быстро двигаться ей не удавалось: трудно было различить голос ребенка в грохоте взрывов.

Бомба взорвалась перед ней — не менее чем в сотне метров. В последовавшей тишине Николь не услыхала ничего. «О нет, — вскричала ее сердце, — нет, не теперь. Не теперь, когда я так близко». Вдали прогремел еще один взрыв — и снова тишина. «Наверное, какое-то животное, — вспомнились слова Ричарда. — Быть может, во Вселенной и существует зверь, голос которого напоминает крик человеческого ребенка».

Николь слышала лишь шум собственного дыхания. «Что делать? — спрашивала она себя. — Продолжать поиски, не оставляя надежды, или же вернуться к госпиталю…» Раздумья ее прервал новый пронзительный вопль. Николь торопилась изо всех сил, ее материнское сердце просто надрывалось от этого отчаянного крика. Теперь сомнений не оставалось: другого источника подобного звука просто, не могло существовать. Поваленный забор лежал по правую сторону узкой улочки. Она перебралась через него и в тенях перед собой заметила какое-то движение.

На земле, возле недвижного взрослого, сидел кричавший ребенок. Мать лежала, уткнувшись лицом в грязь. Кровь покрывала всю нижнюю часть ее тела. Мгновенно определив, что женщина мертва, Николь осторожно взяла на руки темноволосого ребенка. Удивленный подобным поступком, младенец принялся сопротивляться и разразился недоуменным криком. Николь прижала ребенка к плечу и легонько погладила по спине.

— Ну-ну, — проговорила она, поскольку дитя продолжало кричать. — Все будет хорошо.

В тусклом свете Николь увидела, что странная одежда ребенка — два слоя мешковины с дырами, прорезанными в нужных местах, — запачкана кровью. Невзирая на возражения брыкавшегося младенца, Николь быстро осмотрела его. Если не считать незначительной ранки на ноге и грязи, покрывавшей все тело, крошечная девочка была в полном порядке. Николь решила, что ей около года. Стараясь действовать нежнее, Николь положила ее на небольшую свежую тряпочку, вынутую из медицинской сумки. Пока она обтирала девочку, та вздрогнула. При каждом взрыве Николь ощущала, как вздрагивает малышка. Николь попыталась утешить ее, напевая колыбельную Брамса. Когда Николь взялась за ранку на ноге, девочка перестала плакать и поглядела на Николь огромными удивительно синими глазами. Она не протестовала, когда, достав влажный тампон, Николь начала стирать грязь с ее лица. Чуть позже, когда Николь забралась под складки мешковины и обнаружила к собственному удивлению небольшое веревочное ожерелье на крошечной грудке малышки, та вновь заплакала.

Николь взяла плачущего младенца на руки и встала. «Без сомнения, она голодна, — решила Николь, поискав взглядом какое-нибудь укрытие. — Где-нибудь здесь должна быть пища». Под глубоким каменным навесом метрах в пятнадцати от нее Николь нашла большую миску с водой, несколько предметов неизвестного назначения, матрас и несколько мешков, из которых была сделана одежда для женщины и ребенка. Но еды не было. Николь безуспешно попыталась напоить девочку из миски. Потом ее осенило. Вернувшись к телу мертвой матери, Николь заметила, что ее груди полны молока. Смерть явно наступила недавно. Николь приподняла тело, посадив убитую на землю. Поддерживая ее, Николь приложила девочку к материнской груди и убедилась, что ребенок сосет.

Малышка была голодна. Посреди кормления бомба осветила черты убитой — то самое лицо, которое Николь видела на картине октопауков на Площади Художников. «Вот уж не думала», — удивилась Николь.

Поев, малышка уснула. Завернув ее в один из мешков, Николь осторожно опустила ребенка на землю. Теперь Николь тщательно осмотрела убитую мать. Две раны в животе и правом бедре свидетельствовали, что два больших осколка заставили женщину насмерть истечь кровью. Осматривая рану на бедре, Николь ощутила странную опухоль на правой ягодице женщины. Полюбопытствовав, оторвала тело от земли и провела пальцами по опухоли; похоже было, что под кожей имплантирован какой-то твердый объект.

Николь извлекла свою медицинскую сумку и небольшими ножницами сделала надрез с одного края опухоли. В ней оказался предмет, засеребрившийся в тусклом свете. Размером и формой он напоминал небольшую сигару двенадцати-пятнадцати сантиметров длиной и около двух сантиметров в диаметре. Озадаченная Николь повертела предмет в правой руке, пытаясь представить, что это такое. На его поверхности не было никаких рельефов, он был необычайно гладок. «Вероятно, знак принадлежности к зоопарку», — решила она, когда поблизости взорвалась бомба, разбудившая спящую девочку.

В стороне Изумрудного города бомбы падали с нарастающей интенсивностью. Утешив ребенка, Николь подумала о том, что делать дальше. Одна из упавших бомб с невиданным грохотом разорвалась на земле и к небу поднялся большой огненный шар. Во вспышке его Николь заметила, что они с ребенком находится наверху небольшой горки вблизи культурной части Альтернативного Домена. Центральная равнина начиналась не более чем в сотне метров к западу от них.

Николь встала, положив девочку на плечо. Она уже теряла силы.

— Пойдем туда, подальше от бомб, — громко сказала она ребенку, показав в направлении Центральной равнины. Бросив цилиндрический предмет в медицинскую сумку, Николь взяла пару чистых мешков. «Помогут на холоде», — подумала Николь, перебрасывая тяжелую ткань через плечо.

Ей потребовался примерно час, чтобы с девочкой и мешками добраться до места на Центральной равнине, казавшегося в надежном удалении от бомб. Николь легла на спину и, положив ребенка на грудь, укрылась мешками. Заснула Николь буквально через секунду.

Пробудилась она оттого, что девочка зашевелилась. Николь во сне разговаривала с Кэти, но, проснувшись, не вспомнила о чем. Она села, и переодела малышку, воспользовавшись чистой тряпочкой из медицинской сумки. Девочка поглядела на Николь любопытными синими глазами.

— Доброе утро, моя маленькая, прости, не знаю, как тебя зовут, — бодро сказала Николь. Девочка улыбнулась в первый раз.

Теперь полной темноты вокруг не было. Вдали над Изумрудным городом висело скопление светляков, а зияющие дыры в куполе пропускали свет на равнину. «Наверное, закончилась война, — подумала Николь, — или, по крайней мере, налеты. Иначе в городе не было бы столько света».

— Ну что ж, мой самый новый друг, — проговорила Николь, вставая и потягиваясь после того, как посадила ребенка на один из чистых мешков. — Посмотрим, какие приключения ожидают нас с тобой сегодня. — Девочка быстро слезла с мешка на почву Центральной равнины. Николь подняла ее и посадила на середину мешка. Девочка вновь сползла в пыль.

— Ну вот, ишь какая, — сказала Николь со смешком, поднимая девочку второй раз.

Держа ребенка на руках, Николь было трудно собрать пожитки. Наконец ей удалось это сделать, и она медленно направилась к цивилизации. Они находились примерно в трех сотнях метров от ближайшего к ним сооружения Альтернативного Домена. На ходу Николь решила, что сперва следует отправиться в госпиталь и разыскать Синего Доктора. Предполагая, что она не ошиблась, — война закончилась или хотя бы наступило перемирие, — Николь намеревалась провести утро за расспросами о ребенке. «Кто были ее родители? — торопливо выстраивала вопросы Николь. — Как давно их похитили из Нового Эдема?» Она была сердита на октопауков. «Почему же мне не сказали, что в Изумрудном городе есть люди, кроме нас? — Николь решила поговорить с Верховным Оптимизатором. — Посмотрим, как вы будете оправдываться… как можно было обращаться подобным образом с ребенком и матерью?»

Проснувшаяся девочка не желала сидеть смирно. Николь было неудобно. Она решила передохнуть. Пока ребенок копался в земле, Николь поглядела на разрушения — как в Альтернативном Домене, так и в той части Изумрудного города, что находилась перед ней. Николь вдруг почувствовала щемящую тоску. «Зачем все это?» — спросила она себя. Лицо Кэти проплыло в памяти, но Николь постаралась выбросить скорбные мысли из головы, опускаясь на землю с ребенком. Через пять минут они услышали свист. Звук исходил с неба Рамы. Николь вскочила на ноги, пульс ее немедленно убыстрился. Она ощутила легкую боль в груди, но ничто не могло ослабить ее волнения.

— Гляди, — закричала она девочке, — гляди туда, на юг!

В далекой Южной чаше ленты цветного огня играли вокруг острия Большого рога, — массивного шпиля, вздымавшегося вперед вдоль оси вращения цилиндрического космического корабля. Линии сливались, образовывая красное кольцо возле острия. Через несколько мгновений огромное красное кольцо медленно поплыло на север. Вокруг Большого рога уже плясали новые краски, сливавшиеся во второе кольцо, оранжевое, последовавшее за красным в небе Рамы.

Свист продолжался. Звук не был пронзительным или хриплым. Николь он показался даже музыкальным.

— Что-то будет, — взволнованно проговорила Николь, обращаясь к девочке, — по-моему, нас ждет радость.

Малышка не имела представления о том, что происходит, но от всей души рассмеялась, когда женщина подняла ее и подбросила к небу. Безусловно, цветные кольца привлекали внимание ребенка. Теперь по черному небу Рамы ползли еще желтое и зеленое кольца, а красное уже добралось до Цилиндрического моря.