Николь взяла Ричарда за руку.
— Свою эмоциональную одиссею ты всегда совершал внутри себя самого, — негромко проговорила она. — И все ее отрезки столь же удалены друг от друга, как и твои физические странствия.
Ричард поцеловал ее.
— Во мне еще осталось несколько демонов, которых ты не успела изгнать. Вот проживем этак лет десять, и с твоей помощью из меня еще получится приличный человек.
— Не скромничай, дорогой.
— Конечно, если речь идет о мозгах, то мне их не занимать, — ухмыльнулся Ричард, изменяя тон разговора. — Знаешь, о чем я сейчас думаю? Меня волнует, откуда явилась эта птица с оранжевым брюшком.
Николь казалась озадаченной.
— Из второго поселения, — ответила она. — Ты же сам говорил, что до вторжения войск Накамуры там обитало почти с тысячу птиц… Должно быть, октопауки спасли кое-кого из них.
— Но я прожил там не один месяц, — возразил Ричард. — И никогда не видел птиц с оранжевым брюшком. Там таких не было. Я бы запомнил.
— Что ты хочешь сказать?
— Ничего. Возможно, твое объяснение полностью соответствует истине. Но я начинаю подозревать, что наши приятели октопауки кое-что скрывают от нас.
К большому иглу возле края обрыва, выходящего на Цилиндрическое море, они добрались через несколько часов. Крошечная светящаяся хижина вблизи него бесследно исчезла. Арчи и четверо людей спустились на землю. Отвязав шестиугольную картину, октопаук и Ричард прислонили ее к стене иглу. Потом Арчи отвел страусозавров в сторону и дал им наставления относительно обратного пути.
— А не могли бы они чуть задержаться? — спросила Николь. — Дети были бы в восторге.
— Увы, нет, — решил Арчи. — Их у нас немного и все в ходу.
Эпонина, Элли, Ричард и Николь устали после долгой дороги, но перспектива предстоящей встречи всех взволновала. Прежде чем спуститься вниз, Эпонина и Элли успели повертеться перед зеркалом и прихорошиться.
— Только прошу всех вас, — промолвила Эпонина, — не рассказывать никому о том, что я выздоровела, пока мы с Максом не переговорим. Я хочу сделать ему сюрприз.
— Надеюсь, Никки не забыла меня, — тревожилась Элли, пока они спускались по первой лестнице к коридору перед площадкой. Они вдруг обеспокоились, опасаясь разбудить спящих, однако Ричард прикинул на компьютере, что в радужном доме сейчас около полудня.
Они вышли на площадку и поглядели на кольцевой пол внизу. Близнецы Кеплер и Галилей играли в салки, маленькая Никки наблюдала за ними и хохотала. Наи и Макс разгружали вагончик, явно только что прибывший на станцию. Эпонина не смогла сдержаться.
— Макс! — крикнула она. — Макс!
Тот, будто сраженный пулей, выронил свою ношу и повернул голову вверх. Заметив махавшую ему Эпонину, Макс, словно чистокровный жеребец, рванулся к цилиндрической лестнице. И уже через две минуты, выскочив на площадку, пылко обнял Эпонину.
— Ах, мамзелька моя, — проговорил он, отрывая ее от земли на полметра, — как мне тебя не хватало!
8
Арчи умел проделывать с цветными мячами все, что угодно. Октопаук мог поймать сразу два мяча и отбросить их в разные стороны. Арчи даже умел жонглировать шестью разноцветными мячами одновременно. Он использовал для этого четыре щупальца, поскольку, чтобы поддержать равновесие, ему было достаточно остальных четырех. Детям нравилось, когда он качал их всех вместе. Арчи как будто никогда не наскучивало возиться с детьми. Поначалу они, конечно, опасались инопланетного гостя. Крохотная Никки, невзирая на постоянные заверения Элли, держалась особенно осторожно: девочка не забыла еще весь ужас, пережитый при похищении матери. Бенджи первым принял Арчи в товарищи по играм. У близнецов Ватанабэ еще не хватало координации для сложных игр, поэтому Бенджи с восторгом обнаружил, что Арчи охотно присоединяется к нему в активных играх в догонялки или перекидывается мячом.
Макса и Роберта присутствие Арчи смущало. Через час после возвращения путешественников вместе с октопауком Макс пришел в спальню к Ричарду и Николь.
— Эпонина сказала мне, — проговорил Макс сердитым тоном, — что проклятый октопаук намеревается жить с нами. Неужели у тебя вовсе не осталось ума?.
— Макс, дело в том, что Арчи — посол, — промолвила Николь. — Октопауки желают установить с нами нормальные взаимоотношения.
— Но ведь эти самые октопауки похитили твою дочь и мою подружку и насильно продержали их у себя больше месяца… И теперь ты говоришь, что мы должны забыть об этом?
— У них были веские причины для похищений, — ответила Николь, коротко переглянувшись с Ричардом. — С обеими женщинами обращались очень хорошо… А ты еще не говорил с Эпониной?
— Эпонина только хвалит пауков. Словно бы ей там мозги промыли… Я-то думал, что у вас двоих больше здравого смысла.
Но и после того, как Эпонина проинформировала Макса о том, что октопауки излечили ее от RV-41, он оставался настроен скептически.