Долгие сумерки Земли. Галактики как песчинки: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Для Смитлао - это была рутинная обязанность. В его задачу как психоаналитика входило следить за нормой движения биотоков раздражения. Тёмное лицо доктора выражало смертельную скуку. Он бросил взгляд на экран внешнего монитора. Его слегка удивило то, что к поместью Гунпата пешком шёл человек.

- Должно быть, сумасшедший, - вслух выразил своё отношение Смитлао.

С высоты снижающегося крыла поместье выглядело как тщательно выполненный рисунок. Убранные поля образовывали безукоризненный прямоугольник. И везде роботы выполняли свои функциональные обязанности. И муха бы не пролетела, не попав в поле зрения радара; стручок гороха не вышелушился бы вне их кибернетического надзора; у каждой птицы - свой номер и позывной; а в среде муравьёв находился искусственный муравей-пастух, направляющий все муравьиное племя по заданному маршруту. Дождь шёл строго в отведённом для него месте. Старый, добрый мир случайностей исчез под давлением голода.

Ничто живое не находилось без присмотра. Бесчисленные обитателя предыдущих веков и пиявки войны истощили почву. Только жесточайшая экономия, неразрывно связанная с безжалостной регламентацией, давали возможность накормить далеко не многочисленное население. Миллиарды умерли от голода; сотни оставшихся находились на грани голодной смерти.

На фоне бесплодной чистоты пейзажа владения Гунпата смотрелись как вызов всему и вся. Пять акров первозданной природы. Высокие косматые ели образовывали периметр, охватывая лужайки и дом. Дом в секторе сто тридцать девять, построенный из массивных каменных блоков, оказался достаточно крепким, чтобы выносить тяжесть сервомеханизма, который наряду с Гунна том и его сумасшедшей дочерью Плой Плой, являлся его единственным обитателем.

Именно в тот момент, опустившись чуть ниже уровня деревьев, Смитлао заметил человека, шагающего по направлению к поместью. Множество причин делало это зрелище неприятным. Поскольку материальные блага этого мира распределялись среди немногих избранных, человек не мог быть настолько беден, чтобы идти пешком в неизвестном направлении. Человек все сильнее ненавидел Природу, подстёгиваемый осознанием того, что она предала его и сделала из этой прогулки испытание - хотя, возможно, он действительно сумасшедший, как Плой Плой.

Выбросив эти мысли из головы, Смитлао посадил крыло на каменную площадку перед домом, радуясь, что он снова на земле. Ужасный день. Пришлось прорываться сквозь плотные кучевые облака, и его порядочно растрясло при этом.

Дом Гунпата, с его слепыми окнами, башнями, бесконечными террасами, уродливым орнаментом и массивным передним крыльцом, навис над Смитлао, как испорченный свадебный пирог.

Его прилёт не остался незамеченным. Три колёсных робота приближались к крылу с разных сторон, с направленными на него световыми пушками. Да, пожалуй, без приглашения попасть сюда трудно. Гунпат был неприветлив, даже по меркам такого мрачного времени. Отвращение от осознания того, что Плой Плой - его дочь, добавляло уксуса в его характер.

- Идентифицируйтесь, - потребовала ведущая машина. Плоская и безобразная, она напоминала противную жабу.

- Я - доктор Смитлао, психоаналитик Чарльза Гунпата, - назвался доктор; он проходил через эту процедуру каждый прилёт.

Он повернулся лицом к машине. Она что-то забормотала, сверяя в памяти картинку и данные. Наконец выдала:

- Вы - доктор Смитлао, психоаналитик Чарльза Гунпата. Цель посещения?

Проклиная её неуклюжую медлительность, Смитлао ответил:

- У меня назначена встреча на утро с Чарльзом Гунпатом для обеспечения нормального хода биотоков раздражительности. - И стал ждать, когда машина переварит эту порцию информации.

Отбормотав проверку, машина подтвердила факт.

- Пройдите сюда.

Она катилась удивительно грациозно, обращаясь к остальным роботам, как бы убеждая их, и механически повторяя:

- Это - доктор Смитлао, психоаналитик Чарльза Гунпата. У него назначена встреча на утро с Чарльзом Гунпатом для обеспечения нормального хода биотоков раздражительности, - на тот случай, если остальные машины не приняли информации.

Тем временем Смитлао отдавал команды крылу. Та часть кабины, в которой находился сам доктор, опустилась и выпустила колеса. Поддерживая доктора, она покатила вниз к зданию за остальными роботами. Как только автоматика машины почувствовала присутствие человека, поднялись щитки окон. Сейчас доктора могли видеть - и сам он мог видеть - только через защитный экран. Так один человек ненавидел, а равно - боялся, другого человека: он не мог выразить своего отношения прямо.

Одна за другой машины поднялись по крыльцу и покатили вдоль террасы, где их окутал дезинфицирующий туман, по лабиринту коридоров, и, наконец, весь кортеж прибыл к Чарльзу Гунпату.

При виде своего психоаналитика на тёмном лице Гунпата отразилось лёгкое отвращение. Он всегда держал себя в руках; правда, на деловых встречах, где необходимо запугать оппонента хорошо отрепетированной яростью, это срабатывало против него. Смитлао всегда вызывали, когда следовало обеспечить нормальный ход биотоков раздражительности и в повестке дня стояло что-либо очень важное.

Смитлао подвёл машину гораздо ближе к экрану клиента, чем того требовали приличия.

- Я опоздал, - начал доктор как бы между прочим, - потому что я не очень-то и стремился разделить ваше общество. Я надеялся, что, если мне удастся как можно дальше оттянуть нашу встречу, какой-нибудь счастливый несчастный случай своротит этот дурацкий нос на вашей, - как бы назвать это, - образине . Но, увы, надежды напрасны: он на месте, и две крысиные норы-ноздри зияют в нём.

Внимательно наблюдая за лицом пациента, Смитлао уловил лишь слабый намёк на раздражение. Без сомнения, такого человека, как Гунпат, очень трудно расшевелить. К счастью, доктор Смитлао считался профессионалом. Он продолжал методично вести наступление.

- А, скажите на милость, когда подошла ваша очередь идти в Брачный Центр, вы что, даже не поняли, что мужчина там должен выйти из-за защитного экрана? Вы что, думаете, сможете заниматься любовью по телеНу, а результат? Единственная свихнувшаяся дочь - только одна свихнувшаяся дочь,’ Гунпат! Просто можно разрыдаться! Вы не подумали, как посмотрят на это ваши конкуренты; «Помешанный Гунпат и его сумасшедшая дочь», - так они об этом отзовутся. «Даже не может как следует справиться со своими сперматозоидами».

Ядовитая речь доктора начала оказывать своё благотворное воздействие. Кровь бросилась в лицо Гунпату.

- С Плой Плой все в порядке. Но у неё преобладают рецессивные признаки, - быстро выпалил он.

Он начал отвечать - хороший признак. Дочь всегда являлась его уязвимым местом.

- Преобладают рецессивные признаки? - презрительно усмехнулся Смитлао. - И как далеко это зашло? Она нежная, - продолжал он издевательски, - слышите, нежная , вы, обросший орангутанг! Она хочет любить! - разразился он уничтожающим смехом. - Это пошло, сундук! Она не может ненавидеть, даже чтобы спасти свою жизнь! Она не лучше первобытного человека. Она даже хуже его - она су-ма-сшед-ша-я!