Мус бросился в эту яму, но она была маленькая, тесная, и он застрял. Ни туда ни сюда. Сидит ревет. Тут старик выскочил из своей ямы и опрокинул полный котел горячего шулюна на муса.
Так старик Бегдэ расправился с пятнадцатиголовым черным мусом.
Девушка-сирота
Сошлись и стали жить вместе старик и старуха. У старика была дочь, у старухи тоже. В хозяйстве у них было три коровы. Старуха свою дочь наряжала в яркие одежды и все искала для нее богатого жениха.
А дочь старика она одевала в обноски, не кормила и заставляла с утра до ночи пасти коров.
Скоро Кермен, дочь старика, совсем отощала. Она еле-еле ходила. Однажды в степи она расплакалась и стала сквозь слезы говорить:
— Где моя добрая мама? Некому меня пожалеть! Я так хочу есть!
Тогда к ней подошла пестрая корова и сказала:
— Пососи моего молока. Ты сразу насытишься.
Кермен пососала молока, и вся ее грусть пропала. С тех пор корова каждый день кормила Кермен своим густым вкусным молоком.
Старуха смотрит на Кермен и думает: «Что такое? Я ее совсем не кормлю, а она вдруг стала расцветать и хорошеть. Почему моя дочка не хорошеет? Ведь она ест все что хочет!»
А Кермен скоро стала такой красивой, что в сиянии лица ее можно было табун охранять, в сиянии глаз ее можно было узор вышивать.
Старуха смотрит на нее, злится и думает: «Тут что-то есть. Я выведаю ее тайну!»
Подозвала она однажды Кермен в кибитку и говорит:
— Скажи мне, милая Кермен, отчего ты стала такой красивой? Что ты ешь? Кто тебя кормит в степи?
Кермен молчит. Тогда старуха схватила плеть и начала бить девушку.
— Я буду тебя бить, пока ты не раскроешь свою тайну! — кричала старуха.
Тогда Кермен сказала:
— Меня кормит молоком пестрая корова.
На другое утро старуха послала пасти коров свою дочь.
— Иди, моя Булгун, паси коров, будь с ними ласкова и пососи молока у пестрой коровы. Тогда ты станешь красавицей.
Булгун, дочь старухи, пошла с коровами в степь. Но ей все не правилось: то ветер слишком сильно дул, то коровы слишком медленно шли, то солнце стало слишком жарко греть. И Булгу и все ругалась и кричала. Когда она захотела попить молока, как приказала ей мать, пестрая корова ее к себе не подпустила. «Если я не попью молока,— подумала Булгун,— я не стану красавицей!» И она бросилась к пестрой корове, вцепилась в ее вымя и стала жадно сосать. Корова пустилась бежать. Она опрокинула толстую Булгун и наступила на нее копытом.
Дома Булгун все рассказала матери.
— Ах так,— сказала старуха,— эта корова нас не любит! Ну так мы ее завтра зарежем!
Кермен стояла около кибитки и все слышала. Она побежала к пестрой корове и сказала:
— Завтра тебя собираются зарезать. Беги!
— Не беспокойся,— ответила корова.— Я не боюсь и никуда не побегу. А ты вот, когда меня зарежут и выпотрошат, постарайся взять и незаметно унести мою толстую кишку с содержимым. Отнеси ее в степь. Она заменит меня. Ты будешь сыта, как прежде.
На другой день пеструю корову зарезали, и Кермен незаметно взяла толстую кишку. Старуха приказала Кермен пасти двух оставшихся коров. В степи Кермен бросила толстую кишку, и она превратилась в белую кибитку. Девушка вошла в нее и увидела там много вкусной еды и сладостей. Она поела всего понемножку и стала красивей прежнего. И вдруг к кибитке подъехал ханский сын. Он охотился в степи. Увидев Кермен, он открыл рот, но не смог произнести ни слова, и так смотрел на нее, пока солнце не склонилось к западу, пока не устали глаза. Тогда он очнулся и сказал:
— Кто ты красавица? Чья ты дочь? Сейчас поеду тебя сватать! Где твой дом?
— Мой дом там,— ответила Кермен и показала в сторону кибитки отца и матери.