Сесиль хорошо знала, что, если таким обездоленным детям удается «найти себе семыо», они не хотят иметь ничего общего с Попечительством.
- Мы еще приедем к вам, и дети подружатся, - уверяла мадам Делаэ.
Пьер в этот момент сильно толкнул Эли. Девочка вопросительно взглянула на мать.
- Нет, нет, посмотрите на них, - возразила Сесиль,- им будет трудно стать друзьями. Такие дети при встрече невольно напоминают друг другу, что еще не так давно они были круглыми сиротами.
Когда автомобиль тронулся с места, Сесиль ласково потрепала рукой щечку дочери:
- И эта мама, кажется, любит своего сынишку… Еще один, которому посчастливилось.
- «Ведетта»! - только и произнесла Эли.
Сесиль, которая ожидала, что дочь ей нежно скажет:
«Но не так, как мне», резануло это слово. Девочка умела наносить такие царапины.
- «Ведетта»! - повторила Сесиль. - Ну, нам на это в ближайшее время рассчитывать нечего. Я истратила много денег на восстановление дома и фермы и все-таки надеялась, что, продав плантацию орешника в Кейсаке, смогу приобрести хорошую машину. Но дом, где живут Плессисы, нуждается в новой крыше. Посмотри, там, где важно расхаживают белые голуби, видны сломанные черепицы. Если я не приведу крышу в порядок, у Мари-Луизы будет протекать зимой. Я также обещала отремонтировать квартиру для Анетты и Гарсиа, которые поженятся через месяц. На все это уйдут мои орехи, - как плоды, так и деревья. А тут еще нужно платить страховку и налоги… - Она вздохнула и добавила: - Да-а, нам далеко до покупки «Ведетты». Придется довольствоваться нашей старушкой и грузовичком.
- Ничего, ничего, мама, - сказала девочка.
И Сесиль поняла, что Эли не то что утешает, а скорее извиняет за то, что мать не может предоставить ей шикарную машину фирмы «Ведетта».
ГЛАВА II
Мать с дочерью только успели вернуться в дом - Эли с аппетитом принялась за бутерброд, прыгая на одной ноге, а Сесиль налила ей стакан молока, - как снова послышалось тарахтенье автомобиля, подъезжавшего к их крыльцу.
- Наверно, дядя Жан! - воскликнула Эли.
- Кто бы это мог быть? - удивилась Сесиль. - Теперь только пять часов, Для Жана еще слишком рано.
Жан Монзак с женой и детьми поехал в Больё повидаться с приятелем, владельцем булочной, и не мог так скоро вернуться.
Они прислушались. Дверца хлопнула; очевидно, автомобиль остановился у дома, но никто бесцеремонно не распахнул дверей. Значит, приехало не семейство Монзаков…
- Иди посмотри, Эли.
Девочка побежала отворять двери. Но тут же, вся побледнев, вернулась к матери.
- Мадам Бержэ… - прошептала она.
Сесиль пошла навстречу инспектору Попечительства, положив руку на шейку девочки, которая прижалась к ней.
- Мы только что говорили о вас с мадам Делаэ, которая заезжала к нам, чтобы познакомить со своим маленьким Пьером. Помяни волка, а волк уже тут как тут.
- Большого злого волка, - добавила улыбаясь Элиана Бержэ. - Такое впечатление я, по-видимому, произвожу на наших детей… Мне сейчас повстречались на дороге мадам Делаэ с сынишкой. Ребенок стал неузнаваем за те три месяца, которые он у нее живет. Вы видали его? Какой прелестный мальчуган! Меня он просто терпеть не может. Я ведь забрала его у кормилицы и могу, значит, взять и от Делаэ. Ну, пусть он будет счастлив, пусть даже не навещает своей кормилицы.
Я причинила ему такое горе, когда разлучила его с ней, что он не может мне этого простить. Он ни за что не останется у парикмахера, если отец или мать не стоят рядом и не держат его за руку. Ведь его кормилица исчезла в то время, как его подстригали. Я себя спрашиваю, не будет ли он всю жизнь… бояться парикмахеров? Ваша старше, она посмышленее.
- И моя такая же; она тоже вас боится.
- А мы-то делаем все возможное, чтобы наши дети были счастливы, - вздохнула Элиана Бержэ… - Покажись, как ты выглядишь, Элизабетта. Выросла, похорошела! Тебя трудно узнать.
Сказано это было веселым тоном, но девочка ответила ей только слабой улыбкой. И для нее инспекторша по-прежнему оставалась той, которая могла решить ее участь, могла взять отсюда, увезти с собой, заставить покинуть наконец-то обретенную мать и чудесный дом, ставший ее домом. При каждом появлении мадам Бержэ девочка бледнела. Однако Эли знала, что Сесиль вела разговоры с инспекторшей о том, чтобы ее удочерить. Девочку она тогда отсылала в сад или в детскую готовить уроки, и, если Сесиль заходила к ней, Эли шепотом спрашивала: «Она еще не уехала?» - так же, как это делал маленький Пьер.
Сесиль успокаивала ее, целовала, польщенная тем, что девочка так боится Элианы Бержэ, которая может их разлучить.
На этот раз ее отослала сама мадам Бержэ.