Малышка молчала, но замерла, когда Вася перерезала веревку на ее маленьких ручках. Когда они были свободны, Вася встала и спрятала кинжал.
— Идемте, — сказала она. — Мой конь ждет.
Без слов Катя взяла Аннушку. Вася схватила другую девочку. Они побежали в лес. Девочки были неуклюжими от усталости. В глубине леса бандиты звали лошадей.
Тропа к тису была длиннее, чем Вася помнила. Они не могли идти быстро из — за снега. Ее нервы натянулись, она ждала, что мужчина вот — вот вылетит из — за деревьев или придет в лагерь и поднимет тревогу.
Они шагали, тяжело дыша. Они не туда свернули? Руки Васи болели. Луна опустилась к верхушкам, жуткие тени падали на снег.
Вдруг они услышали хруст. Девочки сжались в густой тени.
Тяжелые шаги. Даже Катя всхлипывала.
— Тихо, — сказала Вася. — Не шевелитесь.
Большое существо вышло из — за кустов, и они закричали.
— Нет, — обрадовалась Вася. — Нет, это мой конь. Это Соловей, — она прошла к коню, сняла варежку и запустила дрожащие пальцы в его гриву.
— Он прибегал в лагерь, — медленно сказала Катя.
— Да, — Вася гладила шею Соловья. — Так мы вас освободили, — ее рукам вернулось немного тепла, пока они были в его гриве.
Крохотная Аннушка едва доставала до колена Соловья, пошатнулась, и Катя попыталась поймать ее.
— Волшебный конь серебристо — золотой, — заявила неожиданно Аннушка, уперев руки в бока. Она окинула Соловья взглядом. — Он не может быть волшебным.
— Нет? — тихо спросила Вася.
— Нет, — заявила Аннушка, но протянула дрожащую ручку.
— Аннушка! — охнула Катя. — Он…
Соловей опустил голову, дружелюбно склонив уши.
Аннушка отпрянула с большими глазами. Голова Соловья была почти с нее размером. Конь не двигался, и она робко похлопала пальцами его бархатный нос.
— Смотри, Катя, — прошептала она. — Я ему нравлюсь. Хоть он и не волшебный.
Вася опустилась рядом с девочкой.
— В сказке о Василисе Прекрасной есть волшебный черный конь, страж ночи, что служит Бабе Яге, — сказала она. — Может, и мой конь волшебный. Хотите покататься?
Аннушка молчала, но другие девочки осмелели и выбрались на свет луны. Вася нашла свое седло и сумки и водрузила их на Соловья.
Но они услышали другие шаги, двух ног. И существо было не одно, и было слышно лошадей. Волоски на шее Васи встали дыбом. Было темно, лишь немного светила луна.
«Скорее, Вася», — сказал Соловей.
Вася спешила застегнуть ремни. Девочки жались к коню, словно могли спрятаться в его тени. Вася быстро закончила, крики мужчин звучали все ближе.
На миг горло Васи сдавила паника, она вспомнила прошлый отчаянный побег. Она дрожащими руками подняла младших на Соловья. Голоса приближались. Она запрыгнула за детьми и протянула руку Кате.
— Садись за мной, — сказала Вася. — Быстрее! И держись.
Катя сжала ее руку, подпрыгнула и оказалась за Васей. Катя еще лежала на животе на крупе коня, когда капитан бандитов появился из тьмы. Его лицо было серым в свете луны, он был на голой спине высокой кобылицы. В других обстоятельствах Вася рассмеялась бы от его потрясенного и злого вида.
Татарин не подбирал слова, он погнал кобылицу вперед с кривым мечом в руке, скаля зубы в гневе. Он закричал. Крики вокруг ответили ему. Меч главаря сверкал в свете луны.