Она замолчала, забыв имя распорядителя. Шарон разозлился бы, будь он здесь. Она поспешила продолжить:
— Так что с ними?
Он не ответил, Печаль заметила, что тишина в комнате изменилась, стала густой, напряженной, и причина покорной позы распорядителя была за ней.
Она повернулась и увидела огромного Мирена Лозу на пороге, страх тут же побежал лапками насекомых по ее коже. Он словно знал и питался этим, показался еще больше, шире, жестокий глаз пронзил распорядителя.
— Что ты хотел сказать о моих людях? — голос капитана стражи был раскатами грома, гудящими в его широкой груди.
Распорядитель вздрогнул, что-то в его поведении подавило тревогу Печали. Лоза не должен был находиться в ее комнатах, и она не даст ему издеваться над людьми. По крайней мере, здесь. Тут она была главной.
— Может, мы узнаем, если вы дадите ему сказать, — сказала Печаль ровным тоном, сжав дрожащие коленки под траурным платьем.
Лоза шагнул вперед, навис над ней, и ей пришлось задрать голову, чтобы разглядеть его. Она заставляла себя не пятиться, а смотреть прямо в лицо, будто вырезанное из гранита. У него не было волос или бороды, чего-то, что отвлекло бы внимание от его глаз, таких темных, почти черных. Это были глаза акулы, нечитаемые, неумолимые.
Он молчал, Печаль повернулась к распорядителю.
— Прошу. Продолжайте. Что вы хотите сказать о страже порядка в Западных болотах?
Распорядитель сглотнул.
— Это не жалоба, — поспешил сказать он, взглянув на Мирена Лозу, а потом на Печаль. — Просто… было несколько нарушений за последние недели, и стража говорит, что им не хватает денег. Мы сказали им, что больше денег нет, но они это не приняли, — он говорил сбивчиво в спешке. — Потому я здесь, — сказал он. — Чтобы попросить больше денег. Для них.
Он посмотрел за ее плечо на Лозу, а потом опустил взгляд на пол. Печали не нравилось стоять спиной к капитану, не нравилось, что он вообще был в ее замке.
«Он должен быть с другими животными, снаружи», — подумала она, но спросила с нейтральным выражением лица:
— Какие нарушения?
— Нападения на них, — пробормотал распорядитель.
— На них? На стражу? — Печали показалось, что она не так его поняла. — На стражу нападали?
Он кивнул.
— Рисунки… в основном… и кирпич бросили в их штаб-квартиру с запиской, что называла их… неприятно.
— Буду рад объяснить, если он не сможет, мисс Вентаксис, — Лоза за ней склонился, его рот оказался возле уха Печали. Его резкое дыхание пошевелило волоски, что выбились из косы Печали, и она с трудом подавила содрогание.
Она заговорила сквозь сжатые зубы, впившись ногтями в ладони.
— Не стоит, капитан Лоза.
Ей не нравилось многое в Ранноне, но это и близко не подходило к смеси страха и ненависти, которые она испытывала от стражи отца. И не было ничего хуже их капитана.
Только самые гадкие и жестокие мужчины и женщины — которые страдали из-за конца войны — попадали в новую стражу порядка, появившуюся после смерти матери Печали, и Лоза быстрее всех поднялся в звании. Печаль была маленькой и не помнила, но бабушка рассказывала ей, как гордо стража выстроилась, чтобы получить орудия для работы: значки, где железные кулаки были поверх грубых сердец, кожаные дубинки, которые они гордо носили на поясах, пока не били ими людей или не стучали ими угрожающе по своим рукам.
Они разошлись по районам Раннона, шпионили, взимали налоги, делали все, что хотели, наказывая при этом. Их работой было, чтобы никто в Ранноне не забыл о смертях Мэла и Серены. Чтобы каждый момент жизни у людей был пропитан трауром из-за потери первой леди и наследника Вентаксиса. Чтобы все опускали головы и держали рты на замках.
Ясное дело, люди выступали против них. Собака, когда ее били, в конце концов, огрызалась.
Некоторые жители Раннона начали скалить зубы. Печали это нравилось. Удачи им.
— Так не только в Западных болотах, — сказал Лоза, и Печаль повернула к нему голову. Он обрадовался ее вниманию и отошел к порогу, скрестил руки и прислонился к косяку, загородив выход. — Были случаи в Прекаре, в Северных болотах. Они зовут себя Сыновьями Раннона, эти злодеи. Звериный помет, — Печаль скривилась, некоторые возмущенно охнули, — размазывали на домах стражей. Камни швыряли им в спины. Всем. Мы пытались достучаться до сенаторов районов, но они ничего не сделали. Сказали, что ничего не могут сделать. Потому я здесь.
— Лорд Дэй знает об этом? — спросила она.
— Я ему написал.