MoreKnig.org

История Советского Союза. 1917-1991: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Автор: Хоскинг Джеффри



Шрифт:

Есть также некоторые признаки того, что в случае успешного проведения реформы ее последствия стали бы угрожать тому приоритету, который имела военная продукция. Но основополагающей причиной поражения реформы Косыгина было, вероятно, сопротивление партийных секретарей и министерских чиновников, поскольку реформа угрожала их контролю над управлением экономикой. События в Чехословакии в 1968 г. способствовали сплочению оппозиции и, соответственно, окончательному провалу реформы.

В конце 1960-х — начале 1970-х гг. лидеры искали альтернативные пути возрождения экономики. С одной стороны, они подтянули плановую экономику и, компьютеризировав ее, придали ей более гибкий характер. С другой стороны, недостаток новаций восполнялся при помощи закупок новых технологий на Западе. Во многих отношениях это был возврат к политике, к которой в затруднительных случаях и ранее прибегало советское руководство. Сталин делал то же самое и во время индустриализации в тридцатых годах, и во время войны. Хрущев закупал за границей минеральные удобрения — он придавал им большое значение и понимал, что те, которыми располагает Советский Союз, чрезвычайно примитивны. Послехрущевское руководство распространило эту практику на те отрасли промышленности, где наблюдалось отставание в технологическом отношении. К ним относятся кораблестроение, автопромышленность, синтетическая химия, пищевая промышленность, нефте- и газодобыча. Западные фирмы нередко с охотой принимали участие в совместных проектах, поскольку Советский Союз располагал огромным потенциальным рынком и дешевой и послушной рабочей силой. Самым крупным подобным проектом был контракт с итальянским автомобильным концерном “Фиат” о постройке огромного завода в Ставрополе на Волге. Впоследствии он был переименован в Тольятти, в честь незадолго до того умершего лидера итальянской компартии. Этот завод давал возможность — причем осуществление ее было не за горами — выпустить на советский рынок семейный автомобиль. Одним из важнейших результатов этой сделки стало то, что многие советские люди вступили в контакт с представителями западного общества, причем другой такой возможности у них не было бы. На разные сроки в Тольятти приезжало около 2500 западных специалистов, и приблизительно такое же число советских инженеров и техников прошло подготовку в Италии.

Это означало, что маленькая щелка в железном занавесе, появившаяся в середине пятидесятых годов, расширяется: советские границы приоткрывались для международных обменов, и не только в области техники, но также науки, культуры и туризма. Действительно, для поездки за границу советским людям — особенно при поездках на Запад — приходилось проходить тяжелую и подчас унизительную “проверку” со стороны партии и КГБ. Многим это не удавалось — и иногда в самый последний момент. По словам одного очевидца, крупный советский ученый, который должен был ехать на международную конференцию, совершенно неожиданно никуда не поехал, а вместо него на конференцию отправилось совершеннейшее ничтожество. Но все равно, даже с этими оговорками к началу 1980-х гг. Советский Союз через промежуток времени, приблизительно равный времени жизни одного поколения, вновь стал членом международного сообщества — чего никак нельзя сказать о периоде сталинизма. Воздействие на советских граждан западных, или “буржуазных”, идей и привычек, которое стало результатом этого события, было источником постоянного беспокойства властей.

Люди, которые сместили Хрущева, не все были экономическими реформаторами. Среди них был и один или два ортодокса, таких, как Михаил Суслов, считавшийся главным идеологом, и Александр Шелепин, бывший глава КГБ. Ходили слухи, что Шелепин вынашивал планы ареста тысячи или около того интеллектуалов, тех, кто теснее всех прочих ассоциировался с “оттепелью” в области культуры, и таким образом раз и навсегда покончить с идеологическими шатаниями. Арест Синявского и Даниэля в сентябре 1965 г. можно рассматривать как первый шаг в этом направлении. Но для большинства членов Политбюро (Президиум был снова переименован) воспоминания о Сталине и Берия были все еще слишком свежи, чтобы они могли пойти на риск снова развязать террор. Поэтому Шелепина, как “опасного человека”, со временем переместили с его ключевого поста в секретариате партии на относительно безобидную должность профсоюзного лидера.

Леонида Брежнева, который занял освободившийся после Хрущева пост первого секретаря партии, поначалу большинство его коллег рассматривали как переходную фигуру. Вскоре, однако, выяснилось, что именно он был тем человеком, который в наибольшей степени соответствовал тогдашним настроениям в Политбюро и Центральном комитете. Он быстро свернул наиболее неудачные начинания Хрущева в области сельского хозяйства, образования, управления экономикой и партийным аппаратом и провозгласил принцип “стабильности кадров”. Это значило, что жизнь партийно-государственного аппарата высшего и среднего уровня станет отныне более комфортной. Добродушный и не лишенный чувства юмора, Брежнев был типичным лидером-соглашателем”, способным сглаживать противоречия между противостоящими друг другу группировками, даже если это приводило к отсутствию определенной политической линии. Многие годы он успешно изолировал потенциальных соперников и продвигал на высшие должности своих протеже и преданных ему людей. Все это делалось с царственной медлительностью: прошло двенадцать или пятнадцать лет, прежде чем он стал настоящим вождем, окруженным собственным “культом”. В 1977 г. он, будучи генеральным секретарем (так он переименовал, следуя сталинскому примеру, пост первого секретаря), стал еще и президентом и оказался во главе и партийного, и государственного руководства. Брежнев также сам себя повысил в воинском звании до маршала Советского Союза, а равно и главнокомандующего Вооруженными Силами СССР. Он также был и председателем Совета обороны. Он даже издал мемуары, за которые получил Ленинскую премию по литературе. При вручении премии Брежневу председатель Союза писателей Георгий Марков заявил, что по популярности и воспитательному воздействию на читательскую массу “книги Леонида Ильича не имеют себе равных”.

Наиболее серьезной проверкой того, насколько сильно согласие внутри советского руководства, стали не события, случившиеся где-либо на территории СССР, но, как это часто случается в империях, коллизии одной из зависимых стран — Чехословакии. Промедлив с десталинизацией в 1956 г., партийное руководство ЧССР взялось за дело значительно позже любой другой восточноевропейской страны, но при этом, вероятно, наиболее определенно и последовательно. Кульминации процесс достиг с низложением первого секретаря, сталиниста Новотного на пленуме Центрального комитета в январе 1968 г. На смену Новотному пришел словацкий коммунист Дубчек, который во время войны находился в Москве и который — по крайней мере первоначально — видел в Брежневе того человека, который больше других подходит для успешного завершения реформ.

В отличие от Венгрии 1956 г. движущей силой реформ в Чехословакии были не только интеллектуалы, но и сам партийный аппарат. В течение нескольких лет отдел Центрального комитета готовил доклад о том, какая политическая структура больше всего подходит современному обществу и экономике. В сущности, его авторы пытались более систематично и обдуманно сделать то, что хотел осуществить Хрущев в свойственной ему импульсивной манере. Они пытались найти новую основу власти партии в эпоху, когда массовый террор уже неприемлем, а общество и экономика сделались куда более сложными, чем в первые годы существования социалистического государства.

Прямым результатом этого доклада была Программа действий Чехословацкой коммунистической партии, опубликованная в апреле 1968 г. В ее вступительной части были слова, точно повторявшие те, что стали предпосылкой югославских реформ 1950 г.: каждый народ “идет к социализму своей собственной дорогой”. Программа признавала также, что в обществе развитого социализма могут существовать и существуют противоположные интересы, но утверждалось при этом, что главная победа в классовой борьбе уже одержана, и потому можно позволить этим интересам сформироваться в общественные институты и вступить в соревнование между собой в рамках общего политического форума, что это уже не угрожает единству общества. Этот зачаточный плюрализм отличался от хрущевского понимания демократии, которое предполагало единство масс и партию в качестве выразителя их общих интересов. Если уж искать предтечу чехословацких реформ, то скорее ее можно обнаружить у некоторых югославских теоретиков середины пятидесятых годов, а равно не получивших по причине известных обстоятельств законченной формы некоторых прозрений Бухарина в двадцатые годы. В программе также делался вывод, что для эффективного функционирования экономики следовало децентрализовать процесс принятия решений и создать более сильные материальные стимулы для производителя. Это очень похоже на то, что хотел сделать Косыгин.

Программа действий содержала несколько политических предложений, вокруг которых позднее развернулись дискуссии. Документ рекомендовал последовательно проводить в жизнь принципы “социалистической законности” и обеспечить гарантии против беззаконий и чрезмерной концентрации власти. С этой целью следовало предоставить народу право объединяться в группы и свободно выражать свое мнение. Специально рассматривался вопрос о возрождении “Народного фронта” (“фиктивная коалиция” 1948 г.), где каждая из входящих в него партий получила бы относительную автономию. Каким образом это могло сочетаться с “руководящей ролью партии”, которая провозглашалась в той же программе, нигде не объяснялось. Цензуру предполагалось уничтожить, а для науки, культуры и образования создать такие условия, в которых они действительно могли бы процветать. Это было необходимо и для развития экономики, и для обеспечения основных человеческих потребностей.

Весной 1968 г. возникло несколько преследовавших политические цели “общественных групп” — чтобы поупражняться в обещанных свободах. Официальное коммунистическое молодежное движение отчасти лишилось поддержки в университетах. Причиной этого стал массовый исход его членов в независимый Союз студентов университетов, возникший на базе философского факультета Пражского университета. Этот союз опубликовал собственную Программу действий. Она основывалась на Декларации прав человека ООН. Был также создан так называемый “Клуб К-231”, объединивший бывших политических заключенных (свое название он получил от статьи уголовного кодекса, по которой они были осуждены). Их основным требованием было упрочение “социалистической законности”, для чего следовало провести полное расследование всех преступлений, совершенных при Сталине. КАН, или Клуб независимых политиков, объявил, что выдвинет своих кандидатов на следующих выборах в Национальную ассамблею. Он также заявил о начале воссоздания независимой Социал-демократической партии (в 1948 года она принудительно вошла в состав Коммунистической партии).

Самым замечательным из всех независимых политических заявлений было “2000 слов” писателя Людвика Вакулика, опубликованное в июне 1968 г. Он предостерегал, что партия пока только обещает. Если народ хочет, чтобы дело было сделано, ему не следует просто ждать, когда верхи начнут действовать; надо взять дело в свои руки: “Это просто: собираются несколько человек, избирают председателя, ведут протокол, публикуют свои выводы, требуют их выполнения и не дают себя запугать”. Это было дословное повторение классических аргументов Эдмунда Барка в пользу существования политических партий.

Безусловно, эта бурная политическая жизнь породила в Москве все усиливающиеся опасения. Они тем более должны были усилиться после того, как 10 августа 1968 г. Чехословацкая коммунистическая партия опубликовала проект своего нового устава, из коего следовало, что партия даже готова уступить и демократизировать свою внутреннюю структуру. Партийные работники должны избираться тайным голосованием. Они не могли занимать должности более восьми или — в исключительных случаях — двенадцати лет. Это должно было подорвать саму основу номенклатурной системы. Более того, новый устав изменял основным принципам ленинской резолюции 1921 г. “О единстве партии”: он разрешал группам внутри партии излагать и публиковать свои взгляды, взгляды меньшинства, даже тогда, когда большинство принимало направленное против них решение. Ни Хрущев, ни даже Тито никогда не пошли бы на такое ослабление дисциплины. Не только государство, но и сама партия должна стать федеративной, так что чехи и словаки получали равные права.

В отличие от Надя в 1956 г., Дубчек утверждал, что Чехословакия не собирается ни выходить из Варшавского договора, ни покончить с социалистической системой. Но все равно 21 августа 1968 г. советские войска при поддержке нескольких контингентов из других стран Варшавского договора оккупировали Чехословакию. Из-за плохого политического руководства цели интервенции были достигнуты не сразу: не было в Чехословакии своего Кадара, который мог бы при поддержке Москвы принять на себя бразды правления. Советское руководство было вынуждено позволить Дубчеку и его сподвижникам-реформаторам вернуться в страну, предварительно заставив их заключить договор, который обязывал чешское руководство “нормализовать” политическую жизнь в стране — иными словами, восстановить абсолютную власть номенклатурной элиты. Основные причины, которые заставили вторгнуться в Чехословакию, были в целом достаточно полно объяснены в многочисленных повторяющих друг друга заявлениях, сделанных до и после вторжения.

Основным среди них был страх, что ослабление цензуры и либерализация политической жизни в целом приведет к тому, что “контрреволюционные силы” получат постоянную поддержку. Советское руководство было ошеломлено и оскорблено тем, что совершенно бесконтрольно существовали группы с собственными политическими программами, а равно и возможным возрождением некоммунистических политических партий. Они не понимали, как в таких условиях можно сохранить “руководящую роль партии”. Их коробило от факта публикации в чехословацкой прессе заявлений вроде “2000 слов”. Они понимали, как вдохновит их собственных, советских диссидентов то направление, в котором разворачивались чехословацкие события. Их пугал тот пример, который давала демократизированная и федерализированная Чехословацкая коммунистическая партия. Петр Шелест, лидер Украинской коммунистической партии, возможно, готов был сделать некоторые уступки националистам своей республики, но не хотел терять связей с Москвой, которая давала ему власть. Он был одним из самых горячих сторонников вторжения в Чехословакию.

Момент, избранный для начала интервенции, оставляет мало сомнений в том, что преследовалась цель опередить события и персональные перестановки в чешском руководстве, которые могли произойти на съезде Чехословацкой коммунистической партии. Он должен был состояться в сентябре. Большинство членов “старой гвардии”, которым Москва доверяла, несомненно, утратили бы свои посты. Их заменили бы приверженцы реформ, которые сделали бы эти процессы необратимыми.

В сентябре “Правда” сделала заявление, оправдывающее вторжение. В нем подтверждался провозглашенный Хрущевым принцип, что “каждый народ идет к социализму собственным путем”, но жестко ограничивалась свобода выбора такого пути — он не должен был угрожать социализму в самой стране, основополагающим интересам других социалистических государств и международному рабочему движению, борющемуся за социализм. Из этого вытекало, что, если подобная угроза возникнет, прочие социалистические страны имеют право и обязаны вторгнуться в такое государство и устранить эту угрозу силой. “Советский Союз и другие социалистические страны, — говорилось далее в заявлении, — выполняя свой интернациональный долг перед братскими народами Чехословакии и защищая их завоевания, должны были действовать и действовали решительно против антисоциалистических сил в Чехословакии”. Эта декларация, вскоре получившая известность под названием “доктрины Брежнева”, стала основополагающим текстом, определявшим отношения СССР с его союзниками. Это означало, что Советский Союз считает возможным врываться в другие страны и внедрять там собственную модель социализма.

Усиленной критике в советских средствах массовой информации подвергся Ота Шик, заместитель премьер-министра Чехословакии. Он был архитектором экономической реформы, предполагавшей децентрализацию управления экономикой, использование цифр дохода в качестве важнейшего планового показателя и лишение неэффективных фирм постоянных государственных дотаций. Целью этих изменений было повышение производительности и побуждение предприятий более чутко относиться к нуждам потребителей. Это было похоже на те реформы, которые в Советском Союзе в 1965 г. начал Косыгин, но гораздо радикальнее. Больше всего, однако, советское руководство было обеспокоено тем, что, помимо прочих политических следствий этих реформ, Чехословацкая коммунистическая партия, в отличие от КПСС, изучала их всесторонне и без всяких ограничений. На заводах полным ходом шел эксперимент, дававший рабочим возможность принять более деятельное участие в управлении производством. Поскольку теперь плохо работавшие предприятия могли быть закрыты, у рабочих был прямой интерес не допустить этого.

Совершенно очевидно, что именно чехословацкие события стали причиной того, что реформа Косыгина, так и не успев как следует начаться, была потихоньку свернута в течение 1968 г. и после него. Правда, официально об отказе от нее не объявлялось.

Как и в Венгрии в 1956 г., именно рабочие оказали наиболее серьезное сопротивление советской оккупации. Рабочие завода ЧКД, расположенного в пригороде Праги Высочаны, пригласили делегатов XIV съезда ЧКП заседать в своих помещениях (вторжение опередило начало его работы). Это и было сделано. Съезд работал втайне — что говорит о большой изобретательности его участников. В своей резолюции съезд осудил оккупацию, оставил Дубчека на посту первого секретаря и для оказания ему поддержки избрал Центральный комитет, состоявший из одних реформистов. Скованный условиями навязанного советским руководством договора, Дубчек, однако, был вынужден дезавуировать решения съезда.

Продолжалось создание рабочих советов, которые, по меньшей мере формально, сохраняли значительный контроль над администрацией в течение еще нескольких месяцев после вторжения. Полный проект закона о самоуправлении социалистических предприятий увидел свет только в январе 1969 г., когда все, в сущности, было уже ясно. Власть рабочих советов все больше и больше ограничивалась прежней партийной администрацией заводов. Окончательно они были запрещены в июле 1970 г. на том основании, что стремились “уничтожить централизованное планирование и влияние Коммунистической партии, социалистического государства и профессиональных союзов на управление национальной экономикой”.

В обществе в целом процесс “нормализации”, или восстановления власти номенклатуры, развивался медленно, но верно. Дуб-чека в апреле 1969 г. сменил более приемлемый для Москвы Густав Гусак. Реформистов по одному убирали с высших партийных и государственных должностей и переводили на менее значительные. В конце концов они получали унизительно незначительную работу где-нибудь в провинции (так, Дубчек стал егерем в Словакии). Показательных судов над основными действующими лицами чехословацких событий не было, однако состоялись суды над некоторыми второстепенными фигурами. В партии была проведена тщательная чистка: каждый ее член проходил собеседование в проверочной комиссии, где с пристрастием допрашивался относительно его касательства к событиям 1968 г. В результате из полутора миллионов членов ЧКП приблизительно треть была исключена или вышла из нее добровольно. Аналогичные собеседования проходили и во многих других сферах, особенно в тех, что связаны с образованием, культурой и средствами массовой информации. Многие были уволены. Организации, слишком сильно пораженные “заразой”, вроде Союза писателей или Института философии Академии наук, были просто закрыты или слиты с другими организациями вплоть до того времени, когда можно было бы восстановить их самостоятельность под руководством послушных марионеток.

События в Чехословакии привели к тому, что советское руководство столкнулось с глубоким недоверием со стороны интеллектуалов, особенно гуманитариев и специалистов по общественным дисциплинам. То же можно сказать и об экономистах-реформаторах. Это наложило отпечаток на всю последующую политику брежневского правительства, хотя, конечно, справедливости ради следует отметить, что старые тенденции в ней преобладали над новыми.

К середине 1960-х гг. общество, основы которого были заложены Сталиным, сформировалось полностью — в высшей степени иерархическое, стабильное и консервативное. Эти черты стали особенно заметны теперь, когда потрясения, вызванные чистками, войной, урбанизацией и социальной мобильностью, остались в прошлом. Если использовать грубоватый, но точный термин политолога Т. X. Ригби, его можно назвать обществом “одной организации” (one organisational society). Имеется в виду, что оно на деле было единой огромной организацией, которой управлял партийно-государственный аппарат, чья штаб-квартира находилась в Центральном комитете Коммунистической партии, располагавшемся в здании на Старой площади в Москве. Через посредство номенклатурной системы управления, которая к тому времени стала высокоразвитой и изощренной, Центральный комитет в принципе держал под контролем каждую сколько-нибудь значимую должность в любой сфере человеческой деятельности, делегируя свои полномочия нижестоящим партийным организациям, осуществлявшим ту же политику на более низких ступенях иерархической лестницы.

Любой завод, предприятие, высшее учебное заведение, транспортное предприятие, колхоз, торговая структура — короче, любое рабочее место — имело свой ранг в этой иерархической системе. Это могла быть должность “всесоюзного значения”, или республиканского, областного, районного или городского. Заработная плата служащих и рабочих менялась в соответствии с этими рангами, а равно и доходы и привилегии начальства. В соответствии с “табелью о рангах” удовлетворялись и потребности предприятий в оборудовании и рабочей силе.

По соответствующим ступенькам было расставлено и все население страны. Осуществлялось это при помощи введенной Сталиным прописки, или вида на жительство. Наивысшим был статус жителей Москвы, где можно получить самую лучшую работу, самое хорошее образование, а пища, товары народного потребления и услуги были относительно легко доступны. К тому же там было возможно общение с иностранцами или теми советскими гражданами, которые привозили товары с Запада. Второе место в иерархии занимали Ленинград и столицы союзных республик, затем, еще ниже, города с населением в 500000 человек и более, и прежде всего те, где находились предприятия военной, космической или другой промышленности, связанной с использованием высоких технологий, т.е. предприятия “всесоюзного значения”. Жители таких городов имели кое-какие блага, доступные москвичам, но в меньших масштабах. Во всех этих городах ограничивался рост населения: милиция прописывала человека только тогда, когда работодатель определенного ранга мог привести убедительные причины того, что нуждается в этом человеке. Прописка существовала в двух формах — временной и постоянной, что создавало дополнительную ступеньку в иерархической структуре. Борьба за превращение первой во вторую могла занять многие годы. “Пятый пункт” в паспорте мог усложнить любой их этих процессов, особенно если там значилось “еврей”. Для того, чтобы обойти все эти препятствия, люди нередко вступали в брак с лицами, у которых прописка была более “высокого” класса: не исключено, что подобные фиктивные браки стали столь же обычны для советского общества, как браки по расчету во Франции времен Бальзака.

Жизнь в маленьких городах и деревнях, где-нибудь в провинции автоматически означала, что человек обладает низшим социальным статусом. Переезд оттуда в Алма-Ату, Киев или Ригу был очень сложен и полностью зависел от благорасположения начальства. Переехать в Москву было практически невозможно. В наихудшем положении находились колхозники. У них даже не было паспортов, потому они не имели права вообще ни на что, кроме краткого пребывания в городе. Единственной возможностью для колхозника потребовать паспорт был момент перед призывом на действительную военную службу — это касалось исключительно мужчин — или если они уезжали для того, чтобы получить специальное или высшее образование. Нет ничего удивительного, что большинство покинувших таким образом деревни молодых людей крепко держались за свои паспорта и впоследствии старались не возвращаться домой, а найти работу в городе.

Только после 1974 года колхозники начали получать паспорта и “второе крепостное право” стало клониться к упадку.

На вершине социальной пирамиды располагались “кадры” партийно-государственного аппарата. Исследователи, занятые изучением советской политики, сейчас начали забывать, что слово это по происхождению чисто военное. Таким же военным был и самый дух партийно-государственных кадров — во всяком случае, иерархическая структура и приказы были необходимы им как воздух. В некотором смысле это свойство даже усилилось после того, как Хрущев освободил их от постоянного страха ареста. Тем не менее нескончаемые хрущевские реорганизации партийно-государственного аппарата до некоторой степени лишили их привычного комфорта и стали досаждать: между 1956 и 1961 гг. Хрущев изменил персональный состав Совета министров, Президиума ЦК партии (Политбюро), секретарей партии областного уровня больше, чем на две трети. Сменилась и половина Центрального комитета.

Преемники Хрущева уничтожили даже этот предмет беспокойства. Лозунгом брежневской политики стало “доверие к кадрам”. Он взял за правило производить минимальное количество перестановок на высшем партийно-государственном уровне. 44% из тех, кто был в 1966 г. членами Центрального комитета, в 1981 г. оставались на своих местах. Конечно, в среднем полноправный член этого ключевого органа находился на своей должности больше двенадцати лет, что превышало максимальный допустимый срок, если придерживаться хрущевской программы ротации партийных работников. По тем же причинам между 1966 и 1982 гг. средний возраст членов Центрального комитета вырос с. пятидесяти шести до шестидесяти трех лет, Совета министров — с пятидесяти девяти до шестидесяти пяти, и Политбюро — с пятидесяти пяти до шестидесяти девяти лет. К концу 1970-х гг. советское руководство стали обычно называть “геронтократией”, и западные журналисты пускались в пространные рассуждения о здоровье советских руководителей, если кто-либо из них временно не появлялся на публике.

Брежневская политика должна была обеспечить людям, которые находились в центре номенклатурной системы, членам Центрального комитета и руководителям его отделов, совершенно новое чувство стабильности и уверенности. Три четверти членов Центрального комитета в 1981 г. занимали высшее положение в партии и государстве: 35% были партийными секретарями республиканского и областного уровня, 9% — работниками отделов Центрального комитета, 31% — министерские чиновники. Выходцев из других частей государственного аппарата было гораздо меньше: военные — 7%, дипломаты — 4%, ученые и деятели культуры — 3%, работники КГБ и профсоюзные деятели — по 2%. Остальные представлены совершенно ничтожным числом. Другие рельефные характеристики персонального состава Центрального комитета представляются даже более важными. Почти три четверти членов ЦК вступили в партию до 1950 г. и, следовательно, первоначальный, а подчас и важнейший, опыт партийной жизни они получили еще при Сталине. 82% из них — по, происхождению рабочие и крестьяне, однако 78% имели высшее образование; это значит, что они сделали блестящую карьеру. Они были удачливыми выдвиженцами, причем после того, как они стали таковыми, этот процесс более или менее сошел на нет. 97% из них — мужчины, что свидетельствует о том, что вопреки всем “эмансипациям” женщины практически не могли пробиться в высшие сферы власти. Славян в составе ЦК было 86%, а русских — 67%, что в процентном отношении значительно превышает представительство других национальностей страны. 55% какое-то время — обычно во время войны, — работали в военных 1 или тесно связанных с военными отраслях промышленности. Итак, “характеристическими” чертами члена Центрального комитета были следующие: преклонный возраст, мужской пол, русский, сделавший успешную карьеру и имеющий широкий опыт государственной и (или) партийной работы, а равно и опыт работы в “военно-промышленном комплексе”.

Перейти на стр:
Шрифт:
Продолжить читать на другом устройстве:
QR code

Новые книги

Смотреть все
Маг Эфира. Вспомнить всё. Книга 3
Маг Эфира. Вспомнить всё. Книга 3
[Боевое фэнтези / Книги про волшебников / Бояръ-Аниме / Попаданцы / Самиздат]
Память. Обрывки. Кто я? Властелин мира или раб? Почему я помню мимолётную жизнь в технологическом мире, в стране под названием Российская Федерация? Но размышлять об этом некогда, ведь я погиб в
0
Лучик света в темном царстве
Лучик света в темном царстве
[Боевик / Ужасы / Военное дело, спецслужбы / Кулинария]
Ванесса Лучезарная является не старшей, но одной из самым сильных сестер. Дива Света. Она способна повлиять на самое главное из бедствий мира Эквилибро, ведь так важно уравновесить Тьму и Свет. Ее
0
Мастер трансмутации. Том 2
Мастер трансмутации. Том 2
[Книги про волшебников / Попаданцы / РеалРПГ (RealRPG) / Самиздат / Боевое фэнтези]
Случались ли с вами странные вещи? Может, встречался некто, отправляющий в другой мир за кругленькую сумму? Мне вот встретился. И именно тогда, когда выбора особо не было. Другой мир ведь лучше
0
Нулевой Отряд 2
Нулевой Отряд 2
[Боевое фэнтези / Городское фэнтези / Книги про волшебников / Попаданцы / Самиздат]
Я привык убивать заражённых Скверной, но впервые мне нужно спасти того, кого я должен был бы уничтожить. Думал, что самое опасное уже произошло. Ошибался. Нулевой отряд предлагает ответы.
0
Второй рейс. Сквозь предательство к любви.
Второй рейс. Сквозь предательство к любви.
[Боевик / Современные любовные романы / Приключения]
— То, что было ночью, Серый, — это просто снятие стресса. Чистая физиология. Ничего личного! — отчеканила Анна. — Как скажешь, дальнобойщица, — усмехнулся бывший спецназовец. — Но компромиссы мы
0
Отдел три
Отдел три
[Детективы / Триллер / Ужасы / Проза]
Умер я глупо. Да. Это говорит человек, который двадцать лет работал с животными. Уж поверьте, я-то видел, как умирают глупо. Один мой клиент, между прочим, кандидат наук, погиб от того, что решил
0
Ошибка дракона. (Не) желанная истинная
Ошибка дракона. (Не) желанная истинная
[Любовные романы / Любовное фэнтези / Проза / Фэнтези]
На отборе невест на моем запястье вспыхнула метка истинной пары.Но лорд дракон объявил всем, что это ошибка, а я – охотница за титулом и ведьма, которая все подстроила.Да вот только отпускать он меня
0
Госпожа наместница
Госпожа наместница
[Любовное фэнтези / Проза / Современная проза / Фэнтези]
Рожденная в семье демона, но с внешностью светлого деда-сильфа и огненной душой бабули-саламандры, Дэниэль меньше всего хотела получить известие о том, что теперь она наследница почившего дяди и
0
Хранитель Замка. Том 3
Хранитель Замка. Том 3
[Попаданцы / РеалРПГ (RealRPG) / Книги про волшебников / Самиздат]
Аннотация с первого тома: Я погиб, спасая свою бригаду. А очнулся в теле молодого наследника под Калининградом. И теперь мне достался самый странный объект за всю карьеру — древний замок,
0
Беспощадный Целитель. Том 10
Беспощадный Целитель. Том 10
[Боевое фэнтези / Бояръ-Аниме / Книги про волшебников / Самиздат]
Создано с помощью нейросети Алекс Доу в Академии, которая представляет собой совсем другой мир и многие знания Блэкфена оказываются ошибочными. Новые преграды и враги мешают, но на пути идущего к
0
Лекарь Фамильяров. Том 18
Лекарь Фамильяров. Том 18
[Попаданцы / РеалРПГ (RealRPG) / Книги про волшебников / Городское фэнтези / Самиздат]
Аннотация с первого тома: Я вернулся на сорок лет в прошлое и решил полностью изменить свою судьбу. Хватит с меня турниров! Первым делом я открыл клинику для аномальных питомцев. И тут же
0
Соблазнить недотрогу
Соблазнить недотрогу
[Любовные романы / Современные любовные романы / Эротика, Секс]
Когда меня попросили помочь по учебе парню, что мне нравится, даже не думала чем обернётся эта «помощь». Оказалось ему вовсе не были нужны мои предметные навыки, зато ему оказалась нужна я. Моя
0

Самые популярные книги

Хорошая, плохая, грешная 3
Хорошая, плохая, грешная 3
[Попаданцы]
У Эвирейл Миардо нет ни единой свободной минутки на грусть и рефлексию! Да и когда? Столько дел, столько дел! Шахту выкопай, лавку открой, артефакты создай, эльфа за попу укуси... Ничего не
12
Те, кто приходит в тишине
Те, кто приходит в тишине
[Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат / Боевая фантастика]
Редкий бой бывает похож на предыдущий. Мы учимся. На своих и на чужих ошибках. Стараемся расти над собой. Противник – тоже. Он анализирует наши ошибки, учитывает остроумные решения. То есть
10
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
9
Петербургский врач 11
Петербургский врач 11
[Военное дело, спецслужбы / Медицина / Проза / Современная проза]
Вадим – хирург и микробиолог, попавший волей судьбы в Петербург 1904 года, в тело медицинского секретаря, работающего у богатого врача-мошенника. …Во дворах-колодцах тускло горят газовые фонари.
8
Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
6
Измена. Я тебя (не) любил
Измена. Я тебя (не) любил
[Современные любовные романы]
— Как тебе… — слышу прерывистый голос подруги, — мой подарок в честь твоего дня рождения?По меньшей мере иду я в верном направлении. Но вот предчувствие не из лучших. Голос Светы перемешивается со
6
Наследник $$$ уровня Х
Наследник $$$ уровня Х
[Попаданцы / Книги про волшебников / Городское фэнтези / Самиздат]
Надо судить человека, прежде чем полюбил его, ибо, полюбив, уже не судят.
4
Тени сумрака
Тени сумрака
[Альтернативная история / Попаданцы / Боевая фантастика / Самиздат]
Один известный драматург сказал: вся жизнь – театр. А у Егора вся жизнь сплошное приключение. Вроде и не собирался ни с кем воевать, даже ссоры не искал, а неожиданно для себя вдруг нарвался на
4
Оружейникъ. 1866
Оружейникъ. 1866
[Попаданцы / Альтернативная история / Самиздат]
Умереть в шестьдесят шесть, заслонив собой молодого стажёра, — достойный финал для оружейника. Очнуться в теле семнадцатилетнего подручного на Тульском оружейном заводе в 1866 году — уже второй
4
Ревизор: возвращение в СССР 65
Ревизор: возвращение в СССР 65
[Самиздат / Попаданцы / Альтернативная история]
Продолжение приключений московского аудитора, попавшего из нашего времени в 1971 год. Павел Ивлев буквально завален работой по уши, но его все устраивает. Ведь он видит, как понемножку, но его усилия
4
Без страха и упрёка 7
Без страха и упрёка 7
[Альтернативная история / Попаданцы]
Алексей Штурмин достиг многого, но настоящее восхождение на вершины власти только начинается.
4
Граф поневоле. Книга вторая
Граф поневоле. Книга вторая
[Юмористическая фантастика / Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат]
Умереть от пули киллера — обидно. Очнуться в 1827 году — странно. Обнаружить, что я теперь двадцатилетний граф, а моё имение разорено, — перебор. Хотя… Жив, молод, с титулом — уже хорошо. С
4

Самые комментируемые

Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
6
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
[Любовная фантастика / Самиздат / Попаданцы]
Семь лет унижений, презрения и пустой постели. Герцог Дрейк Ашфорд объявил свою истинную жену бракованной и отправил в ссылку на Ольцег — умирать среди таких же «ненужных». Он думал, что сломал
22
Отбор невест, или Три орешка для темного
Отбор невест, или Три орешка для темного
[Любовная фантастика]
Каждая приличная драконица должна пройти отбор невест, иначе внукам у камина будет нечего рассказать. Так говорила моя маменька, а ей можно верить — за ее спиной аж четыре таких отбора! Так что я
14
Печать Забытой Эпохи
Печать Забытой Эпохи
[Любовная фантастика / Попаданцы]
— Скажи спасибо, что не оставил босой на улице, Верадель. Забирай свои проклятые северные руины и убирайся, — самодовольно бросил мне бывший муж, швырнув на стол бумаги о разводе. Он думал, что
25
Кодекс Магических Зверей XI
Кодекс Магических Зверей XI
[РеалРПГ (RealRPG) / Попаданцы / Городское фэнтези]
Десятки лет спасения жизней и смерть на полу собственной ветеринарной клиники. Только вместо небытия — пробуждение в теле юнца, чья лавка «целителя чудовищ» на грани полного развала. Вот только у
2
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
[Любовное фэнтези / Попаданцы]
- Двадцать четыре года, Веста. Наследника нет. Подпиши, и получишь Тиховодье. - А где это? - На краю Хляби. Тихо, сыро, никого. Утром я собирала клюкву в Мещёре и шагнула в болотное окно. Очнулась в
13
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
[Любовное фэнтези / Попаданцы / Книги про волшебников / Самиздат]
Кто-то попадает в имбовых персов: Избранных, Тёмных властелинов и прочих крутых ребят. А я попала в тело бездарной адептки магической академии. Как она сюда поступила-то, без грамма магии? Неважно,
14
Пулеметчик Федя
Пулеметчик Федя
[Альтернативная история / Юмористическая фантастика / Попаданцы / Самиздат]
Пулеметчик — это не звание, это диагноз. Тридцать пять лет, пулемёт «Печенег», рукавица прилипла к раскалённому кожуху — и здравствуйте: июнь сорок первого, чужие двадцать два года, чужие руки,
10
Диагноз
Диагноз
[Самиздат / Детективная фантастика / Городское фэнтези / Юмористическая фантастика]
Некромантия в нашем мире давно стала такой же частью жизни, как радио, кино, телефоны и аэропланы. Но разве могла я подумать, что однажды приду наниматься на службу к лучшему некроманту столицы! Он —
18
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
[Детективы / Триллер / Любовное фэнтези / Фэнтези]
Приказ ясен: отравить Дерека вель Гранна. Последствия – костёр и пепел. Белладонна уже прошла этот круг, сгорела и получила второй шанс. Теперь она знает, что приказ – лишь верхушка заговора, в
4
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
9
Железный характер Кристианы Морли
Железный характер Кристианы Морли
[Любовная фантастика / Попаданцы / Классическое фэнтези]
Удар копытом лошади рушит блестящие перспективы дебютантки. По мнению общества, хромота испортила не только плавную поступь девицы, но и характер! Это ж надо умудриться — вместо монастыря или
38

Прямо сейчас читают

От 40 до бесконечности
От 40 до бесконечности
[Здоровье]
«От 40 до бесконечности» – это книга о том, как сохранить молодость тела и ясность ума после сорока. Здесь – новейшие научные открытия, лайфхаки долгожителей, рабочие протоколы питания, тренировок и
0
Дневник художника Козрое Дузи, или Приключения венецианца в России
Дневник художника Козрое Дузи, или Приключения венецианца в России
[Биографии и Мемуары]
Дневник Козрое Дузи охватывает период с 1839 по 1843 год — начальный этап его семнадцатилетнего пребывания в России. Обычно, сталкиваясь с записками иноземцев, живших и работавших в нашей стране, мы
0
(не) Сказочные Приключения Мирославы
(не) Сказочные Приключения Мирославы
[Любовная фантастика / Русское фэнтези]
Проснувшись на берегу моря, Мирослава не представляла, какие приключения её ожидают. Последнее, что ты ожидаешь от жизни — это проснуться на берегу моря, с чистым листом, вместо воспоминаний.
1
Магический секрет [litres]
Магический секрет [litres]
[Книги про волшебников / Классическое фэнтези]
Я ненавижу себя за то, что меня тянет к этим полубогам. Моя пробуждающаяся сила нестабильна и разрушительна. И только они могут предотвратить мое превращение в опасное оружие. Когда наследник
0
Кодекс Магических Зверей VIII
Кодекс Магических Зверей VIII
[Городское фэнтези / Книги про волшебников / Попаданцы]
Десятки лет спасения жизней и смерть на полу собственной ветеринарной клиники. Только вместо небытия — пробуждение в теле юнца, чья лавка «целителя чудовищ» на грани полного развала. Вот только у
3
Я принесу вам счастье 2
Я принесу вам счастье 2
[Современные любовные романы]
После развода родителей жизнь Лёши резко меняется. Он лишился привычного мира. Из богатого наследника он становится обычным подростком, которому приходится учиться жить скромно. Вместо богатого дома
0
250 советов по диалогам для сценаристов. Лучшая книга о диалогах из когда-либо написанных. Конспект
250 советов по диалогам для сценаристов. Лучшая книга о диалогах из когда-либо написанных. Конспект
[Киносценарии]
«Лучшая книга о диалогах из когда-либо написанных» делает то, чего не делала ни одна книга по сценарному мастерству ранее: предлагает глубокое погружение в процесс написания диалогов. От базовых
0
Вторая жена. Ты что-то попутал, милый!
Вторая жена. Ты что-то попутал, милый!
[Современные любовные романы]
Из машины выходит Никитин. Хлопает дверью. И лобовое стекло вместе с чемоданом обрушиваются в салон. С пассажирского сиденья с визгом выскакивает ОНА! Его вторая жена, которая, кстати, умудрилась
2
(Не) тяжёлый случай по соседству
(Не) тяжёлый случай по соседству
[Современные любовные романы / Короткие любовные романы]
Моё наказание — мой сосед. Похотливый кобель, который не пропускает ни одной юбки. Но карма оказалась сильнее, и в один из дней у него в квартире появляется младенец. *** — Медведев, а тебе
1
Помощница по ошибке
Помощница по ошибке
[Современные любовные романы]
‼️Новинка от автора "Моя ненавистная помощница": https:// /shrt/eSkG Она — серая мышь из опен-спейса на первом этаже, которая мечтает только об одном: чтобы её никто не замечал. Днём Агата
2
Обо всем и ни о чем
Обо всем и ни о чем
[Юмор: прочее / Современная проза]
Хосроу Шахани – известный иранский писатель XX века, перу которого принадлежат лучшие образцы иранских сатирических произведений. Для предлагаемого сборника отобраны наиболее популярные рассказы
0
Бриллианты на свадьбу бывшей
Бриллианты на свадьбу бывшей
[Современные любовные романы / Короткие любовные романы]
Через неделю я выхожу замуж. Но мой брак — сделка. Отец хочет впечатлить будущих родственников и подписать контракт с женихом. Я должна организовать идеальную свадьбу. Снимаю на неделю частный
1