Самурай поневоле: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Как она может спастись, когда всё войско бьется против врага, как один?

Фланги и центры у обоих смешались, но войска Мураками начали брать в кольцо воинов Такеды. Пока кольцо не сформировано полностью, лишь напоминает с собой не полный круг.

Воины Такеды падают, но не отступают. Казалось, исход битвы определен, и было лишь вопросом времени, когда все будет кончено. Сердце девушки невольно сжимается, стоит лишь ей подумать о скорой кончине. И в этом отчаянном положении она вспоминает Канске. Смог бы он спасти её и на этот раз? Смог бы он изменить поражение на победу...

Мысль, что в это время Канске находиться далеко, рубит надежду в корню.

И в пылу битвы Харуна улавливает удивленной голос Хары:

-- Госпожа, смотрите. Там всадник!

Проследив, куда указывает Хара Масатане, Харуна видит одинокого всадника, стоящего на холме. Так как по бокам низины вырастали холмы, появление всадника не осталась не замеченными участниками битвы.

-- Неужели всё кончено?! К врагам подоспела помощь, -- сетует на судьбу Харуна.

Словно услышав слова девушки, рядом с одиноким всадником появляются и остальные. Из-за того, как они построились в ряд, было очевидно, что вскоре они вмешаются в сражение. И это вмешательство, грозило, рассудит битву...

На миг яростный темп битвы спал. Пока люди озирались на всадников, кто-то из воинов Такеды радостно крикнул:

-- Смотрите, да это ведь наши! Канске подоспел на подмогу!

Видя знамя Канске, Харуна не может в это поверить. Но ее удивление быстро меняется радостью, всадники, словно лавина, обрушались на тиски врага.

Появление Канске в этот момент для Мурками было подобно удара кувалды по голове...

Воины Такеды и враги не могли поверить в это. И каждый второй спрашивал себя, не демоническими ли силами воспользовался стратег Харуны?

Им было невдомек, что звуки барабанов, подхваченные горами, донеслись туда, где обходили горное препятствие воины Канске.

Услышав едва заметный звук барабанов, Канске сразу же понял, что где-то начался бой. Ему не составило труда сопоставить факты и придти к мысли, что вероятность того, что Харуна ввязалась битву, была огромной. Да и звуки доносились оттуда, где должна была пройти его госпожа.

Тогда Санада Нобуцуна и принцесса Ю увидели в этом проделки богов. Стратег не допускал подобной глупости, он-то знал, что звуки эти достигли до них, благодаря простейшим законам физики, дифракции звуков...

Так или иначе, но благодаря появлению всадников, клан Такеда вышил победителем из этой битвы.

Вести об этой битве быстро распространились по всему Синано. Сомневающиеся в силе клана Такеды решили не предавать Харуну...

Выжившие воины с обеих сторон красочно описывали битву при Сиодзиритогэ мирным жителям. И вскоре было не понятно, где в этих рассказах правда, а где ложь. Так как люди свято верили, что сами боги приняли в нем участие...

Слухи о Канске Харуюки дополнились новыми придуманными сведениями. Народ быстро поверил своим же россказням.

Осада города Одавара

После поражения клана Ходзе провинция Кодзуке быстро вернулась к своим истинным хозяевам. Даже Усами не ожидал, что всё пройдет так просто. Удзиясу не решилась оставаться в городе Минова. Для нее все города Кодзуке представляли угрозу с появлением Кагэторы на ее земле...

Уэсуги Кагэтора неустанно преследовала Удзиясу, желая покончить с войной, добыв голову лорда клана Ходзе.

По мнению Усами Садамицу, ситуация для Кагэторы была положительной. Но не для врага.

Города, оставленные без присмотра, тут же открывали двери перед Уэсуги Кагэторой. В деньгах и провизиях не было отбоя, не говоря уже о людях, которые стремились пополнить войска Уэсуги.

Так что Усами с легкостью послал подмогу к Мураками.

Кагэтора не желала увеличивать свое войска до неприличных размеров, в чем между прочем, Усами ее поддерживал. Какой прок от бывших крестьян, когда дело запахнет жаренным?

К тому же, это очень замедлит передвижение войск.

После поражения, Удзиясу уклоняясь от битвы, начала придерживаться стратегию позаимственную у Такеды. Воины Уэсуги легко прошли сквозь земли Мусаси, не видя сопротивление перед собой.