Саксонские Хроники: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Дождь прекратился, хотя вода все еще капала со свеса крыши, кое-где просачивалась через тростник и шипела на остатках огня.

Я подбросил новое дерево в тлеющие угли, добавил в очаг лучину, и пламя взметнулось вверх. Кожаная занавеска все еще была отдернута, и я увидел, как огонь загорелся в других домиках и в двух больших господских залах. То была беспокойная ночь в Дунхолме.

Девушка снова легла в постель, завернувшись в овчину и меха, и наблюдала яркими при свете огня глазами, как я вытаскиваю из ножен Вздох Змея и медленно провожу им сквозь возродившееся пламя. Я сделал это дважды, не спеша омывая каждую грань длинного клинка. Потом вытер металл овечьей шкурой.

— Зачем ты это делаешь, господин? — спросила она.

— Не знаю, — ответил я.

Я и правда не знал; знал только, что Вздох Змея, как и все мечи, был рожден в пламени, и иногда мне нравилось омывать его в огне, чтобы защитить то колдовство, что было вплавлено в оружие в момент его создания.

Я благоговейно поцеловал теплый металл и вложил обратно в ножны.

— Мы ни в чем не можем быть уверены, — сказал я, — кроме нашего оружия и нашей смерти.

— Мы можем быть уверены в Боге, — тихо и настойчиво проговорила она.

Я улыбнулся, но ничего не сказал.

Я гадал — заботит ли моих богов то, что я существую. Может быть, то было преимуществом христианского Бога, который каким-то образом убедил своих приверженцев, что они его заботят, что он наблюдает за ними и защищает их, однако я не видел, чтобы христианские дети умирали меньше, чем дети язычников, или чтобы христиан щадили болезни, наводнения и пожары. Однако христиане вечно заявляли о любви к ним их Бога.

Снаружи раздались шаги. Кто-то бежал к моему дому и, хотя я был в безопасности в крепости Рагнара, я инстинктивно потянулся к Вздоху Змея. Я все еще сжимал его рукоять, когда дородный человек нырнул в дом через открытый вход.

— Всемилостивый Иисусе, — сказал он. — Ну и холодина снаружи.

Я выпустил меч, когда отец Пирлиг присел на корточки у дальней стороны очага.

— Тебе не спится? — спросил я.

— Кто, во имя Господа, может спать в такую бурю? — вопросил он. — Нужно быть глухим, слепым, пьяным и глупым, чтобы спать, когда такое творится. Доброе утро, господин, — ухмыльнулся он мне. — Утро нагое, как и ты — словно новорожденный. — Он повернул голову и улыбнулся рабыне. — Благослови тебя Бог, дитя.

Девушку встревожил появившийся незнакомец, и она обеспокоенно взглянула на меня.

— Он добрый человек, — заверил я, — и священник.

Отец Пирлиг был одет в штаны и куртку — никакой рясы. Он появился предыдущим утром, и Брида встретила его прохладно, но он очаровал Рагнара своими преувеличенными историями о битвах. Он был пьян к тому времени, когда Рагнар отправился в постель, поэтому у меня было мало шансов поговорить со старым другом.

Я снял с колышка плащ и застегнул его у горла. Шерсть была влажной.

— Твой Бог тебя любит? — спросил я Пирлига.

Тот засмеялся.

— Что за вопрос, господин! Он держит меня в милях от моей жены, поэтому любит меня. Разве мужчина может просить о большем благословении? И Он наполняет мой живот и развлекает меня! Я рассказывал тебе о рабыне, которая умерла, потому что пила молоко?

— На нее рухнула корова, — уныло сказал я.

— Он забавный человек, этот Кнут. Я буду сожалеть, когда ты его убьешь.

— Я его убью? — переспросил я.

Девушка уставилась на меня.

— Вероятно, тебе придется это сделать, — сказал Пирлиг.

— Не слушай его, — бросил я девушке, — он бредит.

— Я валлиец, моя дорогая, — объяснил он ей, потом снова повернулся ко мне. — И можешь ли ты сказать, господин, почему хороший валлиец должен заниматься делами саксов?