— Что это?
— Ухо слуги священника, господин, — пробормотал Иеремия, всхлипнув. — святой Петр отрезал его в Гефсиманском саду.
— Это свиное ухо, глупец!
— Нет! Это ухо, что излечил Господь! Христос дотрагивался до этого уха! И приставил его обратно к голове слуги!
— И почему же оно оказалось здесь? В сундуке?
— Оно снова отвалилось, господин.
Я поднес высушенное ухо ближе к жаровне.
— Ты соврал мне, Иеремия.
— Нет! — взвыл он.
— Ты мне соврал, — повторил я. — Одна ложь за другой. Я видел тебя в Думноке.
Рыдания внезапно прекратились, и лицо Иеремии искривилось в хитрой ухмылке. Он подвержен внезапным переменам настроения из-за своего безумия?
— Так я и знал, что это был ты, господин, — лукаво сказал он.
— Но ты ничего не сказал, когда меня увидел.
— Я видел твое лицо, но тогда я не был уверен и потому помолился, господин, и Бог не сразу мне ответил, но все-таки ответил, и тогда я передал лорду Этельхельму божьи слова, а он решил, что я свихнулся.
— Он послал людей, пытаясь меня найти, — зло бросил я.
— Правда? — спросил Иеремия с искренним удивлением.
— Потому что ты сказал ему, что я там был, — продолжал злиться я. — Я твой господин, а ты меня предал!
— Я молился, чтобы Господь тебя защитил.
— Лживая свинья!
— Господь, отец мой, слушает меня! Я молился!
— Мне следует перерезать тебе глотку, — сказал я, и он просто завыл. — Ты рассказал Этельхельму о своих подозрениях, чтобы добиться его благоволения. Так ведь?
— Ты язычник, господин! Я решил, что исполняю волю Отца моего.
— Предав меня.
— Да, господин, — прошептал он и нахмурился. — Ты же язычник, господин! Я просто исполнял волю Отца моего.
— А на следующий день, — сказал я, — я видел Богоматерь вместе с кораблями Эйнара. — Так на чьей ты стороне?
— Я же сказал, господин, я делаю Божье дело, устанавливаю мир! Блаженны миротворцы, ибо они будут наречены сынами Божиими! Так мне сказал архиепископ, сам архиепископ, господин! Так мне сказал Хротверд! Нет! — последний отчаянный крик вырвался у него, когда я бросил сморщенное ухо в жаровню. Пламя вспыхнуло, запахло беконом, и Иеремия снова зарыдал.
— Архиепископ сказал, что я должен добиться мира!
— Просто убей эту гниду, — прорычал из тени Финан.
— Нет! — Иеремия дернулся к алтарю. — Нет, нет, нет!
— Лорд Этельхельм, — сказал я, — который привечал тебя в Думноке, в союзе с моим кузеном. Но ярл Эйнар, приютивший тебя и твой корабль, когда плыл из Думнока на север, теперь служит Константину. Оба думают, что ты на их стороне.