— Норвежец, господин, — сказал Гербрухт, — из рагналловского сброда.
— Тогда почему у него на месте обе руки? — спросил я. Вместе с женщинами и детьми мы захватили несколько мужчин, и я приказал отрубить им руку, в которой они держат меч, а потом отпустить. — Его следует отправить обратно в Эдс-Байриг, — сказал я, — с кровавой культяпкой вместо запястья.
Я взял у служанки кружку эля и залпом выпил. Оглянувшись, я заметил, что пленник плачет. Он был хорош собой, двадцати с небольшим лет, с покрытым шрамами сражений лицом и изображенными на щеках топорами. Я привык к плачу мальчишек, а этот выглядел закаленным в битвах, но рыдал. Это меня удивило. Большинство мужчин относятся к увечьям стойко или с вызовом, а этот рыдал как дитя.
— Погоди, — сказал я Гербрухту, который уже вытащил нож.
— Я и не собирался резать его прямо здесь, — возразил Гербрухт. — Только не здесь. Леди Эдит не понравится кровь по всему двору. Помнишь ту свинью, что мы прирезали на Йолль? Леди Эдит так расстроилась! — он пнул рыдающего пленника. — Этого мы захватили не в стычке на заре, господин, он только что прибыл.
— Только что прибыл?
— Проскакал через наши ворота, господин. За ним по пятам гнались какие-то ублюдки, но он прибыл первым.
— Тогда не калечь его и не убивай, — сказал я. — Пока не надо, — я поднял подбородок пленника носком сапога. — Назови свое имя.
— Видарр, господин, — ответил он, пытаясь сдержать рыдания.
— Норвежец? Датчанин?
— Норвежец, господин.
— Зачем ты здесь, Видарр?
Он глубоко вздохнул. Гербрухт явно решил, что пленник не ответит, и врезал ему по голове.
— Моя жена! — поспешно произнес Видарр.
— Твоя жена.
— Моя жена! — повторил он, и его лицо исказилось от горя. — Моя жена, господин.
Похоже, больше он не в состоянии был ничего произнести
— Оставь его, — велел я Гербрухту — тот уже собрался снова ударить пленника. — Расскажи о своей жене, — приказал я Видарру.
— Она твоя пленница, господин.
— Да?
Его голос был едва ли громче шепота.
— Она моя жена, господин.
— И ты ее любишь? — резко спросил я.
— Да, господин.
— Господь небесный, — усмехнулся Гербрухт. — Он ее любит! Наверное, она...
— Помолчи, — рявкнул я и посмотрел на Видарра. — Кому ты присягнул?
— Ярлу Рагналлу, господин.
— Так чего же ты ждешь от меня? Что я верну тебе жену и отпущу восвояси?
Он покачал головой.
— Нет, господин.