— Мус?
— Так её зовут.
— То есть Мышь?
— Тебе следует на неё взглянуть, — ухмыльнулся Финан. — Боже святый и его угодники, господин, на неё стоит посмотреть.
— Мус, — повторил я.
— Ты не пожалеешь!
— О чём он не пожалеет? — спросил женский голос, я обернулся и увидел, что на стену поднялась Этельфлед.
— Он не пожалеет, что срубит большие ивы ниже Брунанбурга, госпожа, — сказал Финан. — Нам нужна свежая древесина для щитов. И почтительно поклонился.
— А тебе нужно поспать, — произнесла Этельфлед, — если ты поедешь завтра к Эдс-Байригу, — она подчеркнула слово «если».
Финан знал, когда следует уйти. Он снова поклонился.
— Желаю вам обоим спокойной ночи, — сказал он.
— Следи за мышами, — велел я.
— Собираемся на рассвете? — усмехнулся Финан.
— Да, все. Кольчуги, щиты, оружие.
— Пора прибить парочку ублюдков, — согласился Финан. Он колебался, желая остаться, но никто не предложил, и он ушел.
Этельфлед заняла его место и посмотрела на посеребренную луной землю.
— Ты действительно собираешься к Эдс-Байригу?
— Да. И ты должна послать со мной Меревала и шестьсот человек.
— Чтобы их перебили в лесу?
— Не перебьют, — сказал я, надеясь, что не солгал. Был ли козодой тем предзнаменованием, что я ждал? Не знаю, как истолковать хлопки. Направление, в котором улетела птица, могло послужить знамением, как бросок сокола или уханье совы, но странный рокот во тьме? Потом я услышал его снова, и что-то в этом звуке навело меня на мысль о грохоте щитов, когда воины строятся в стену. Это то предзнаменование, что я искал.
— Ты сам сказал! — настаивала Этельфлед. — Сказал, что когда вы окажетесь в лесу, то не сможете увидеть, где враги. Что они могут оказаться сзади. Что вы попадете в засаду! Так что же изменилось? — она остановилась, и когда я не ответил, рассердилась. — Или это глупость? Ты проглотил оскорбления Рагналла, поэтому теперь должен напасть?
— Его там не будет, — сказал я.
— Его там не будет? — повторила она, нахмурившись.
— Почему он дает нам целый день, чтобы оставить город? — спросил я. — Почему не приказал уйти на рассвете? Почему не велел уйти немедленно?
Она подумала над вопросами, но не нашла ответа.
— Так скажи мне, — потребовала она.
— Он знает, что мы не собираемся уходить, — ответил я, — но хочет, чтобы мы думали, будто у нас есть целый день, прежде чем он нападет. Ему нужен этот день, потому что Рагналл уходит. Он направляется на север по мосту из кораблей и не хочет, чтобы ему помешали. Он не намерен нападать на Честер. Он собрал новую армию и не хочет терять две-три сотни человек, пытаясь взобраться на эти стены. Он хочет привести армию в Эофервик, потому что должен стать королем Нортумбрии, прежде чем напасть на Мерсию.
— Откуда ты знаешь?
— Козодой напел.
— Ты не можешь быть в этом уверен!