Она пожала плечами, не желая этого признавать.
- Я говорю, что Этельхелм - достойный муж, у него есть свои амбиции, это верно, но он приносит пользу. Нам нужна его поддержка.
- И ты считаешь, что пожертвовав Стиоррой и уложив ее в постель Этельхельма, ты получишь эту поддержку?
Она вздрогнула от моего тона.
- Я думаю, что твоей дочери пора выйти замуж, а лорд Этельхельм ее обожает.
- В смысле, хочет ее завалить, - прорычал я. Я взглянул на дочь, которая кивала головой, слушая отца Фраомара. Она выглядела серьезной и прекрасной. - Значит, она станет жертвенной коровой ради мира между Мерсией и Уэссексом? - спросил я. Жертвенной коровой называли женщину, что выходила замуж за врага, чтобы скрепить договор.
- Поразмысли над этим, - поспешно сказала Этельфлед. - Овдовев, она унаследует больше земель, чем ты можешь мечтать, больше воинов, чем ты можешь надеяться собрать, и больше денег, чем во всей казне Эдуарда, - она сделала паузу, но я молчал. - И всё это станет нашим, - добавила они тихо. - Не Уэссекс поглотит Мерсию, а мы поглотим Уэссекс.
В христианском писании есть история про человека, которого привели на вершину холма и предложили весь мир. Нынче я уже плохо помню это сказание, лишь то, что этот придурок спустился с холма, и во время этого праздника я чувствовал себя тем самым придурком.
- Почему бы не выдать за Этельхельма Эльфвинн? - спросил я.
- Моя дочь недостаточно умна, - ответила Этельфлед, - не то что Стиорра. А чтобы управлять Этельхельмом, нужна умная женщина.
- Тогда как ты поступишь с Эльфвинн?
- Выдам за кого-нибудь замуж. Может, за Меревала? Не знаю. Я разочарована в ней.
Стиорра. Я взглянул на нее. Она и впрямь была умна и красива, и мне нужно было найти ей мужа, так почему бы не самого богатого человека в Уэссексе?
- Я подумаю над этим, - обещал я и вспомнил о старом пророчестве, которое гласило, что моя дочь станет матерью королей.
Так оно и оказалось.
На заре слабый туман на Мерзе прорезали темные очертания двадцати шести драккаров, что медленно шли на веслах, чтобы перебраться через волны прилива. Люди Сигтрюгра сдержали слово. Корабли были готовы поднять паруса, а Брунанбург снова оказался в наших руках. На берегу остались только Сварт и еще шестеро норвежцев, охранявшие Эрдвульфа и трех его воинов. Я хотел, чтобы в день поражения Сигтрюгра Эрдвульфа отдали мне, но он слишком быстро сбежал, хотя добрался лишь до датских домов в Вирхеалуме, где его нашли люди Сигтрюгра. Теперь он ожидал нашего прибытия.
Я взял Финана, сына и двадцать воинов, а Этельфлед сопровождала еще дюжина. Я настоял, чтобы Этельстан отправился со мной в Брунанбург, а моя дочь также желала посмотреть, как отплывают норвежцы, и потому вместе со своей служанкой Геллой поехала с нами.
- Зачем брать с собой служанку? - спросил я ее.
- А почему бы нет? Там ведь нет никакой опасности?
- Никакой, - согласился я. Я верил, что Сигтрюгр сдержит обещание, и между нашими людьми не завяжется драка. Так оно и случилось. Мы встретили Сварта и его воинов неподалеку от строящегося бурга, где Сигтрюгр оставил взятую взаймы лошадь. Сварт отдал ему меч, а Сигтрюгр взглянул на меня, словно спрашивая разрешения его забрать. Я кивнул. Он вытащил клинок из ножен и поцеловал сталь.
- Хочешь, чтобы я убил саксов? - спросил он, кивнув в сторону Эрдвульфа.
- Я сам сделаю свою работу, - ответил я и спешился, удивившись, что не испытал боли.
- Отец, - окликнул меня Утред. Он сам хотел их убить.
- Я сам сделаю свою работу, - повторил я, и хотя боли не было, прислонился к лошади. Я сделал глубокий вдох, словно боль вернулась, оттолкнулся от бока жеребца и похромал в сторону Эрдвульфа. Эта хромота была притворной.
Он смотрел, как я приближаюсь. Он стоял выпрямившись, с ничего не выражающим лицом. Его темные волосы, больше не смазанные маслом, как раньше, были завязаны лентой. На длинном подбородке топорщилась щетина, плащ был грязным, а сапоги истёрты. Он выглядел как человек, претерпевший удары судьбы.
- Тебе следовало убить меня в Аленсестре, - сказал я.
- Если бы я это сделал, то сейчас правил бы Мерсией, - отозвался он.
- А теперь ты будешь правителем мерсийской могилы, - сказал я и вытащил Вздох Змея. Я скорчил гримасу, словно он слишком много для меня весил.
- Ты убьешь безоружного, лорд Утред? - спросил Эрдвульф.
- Нет, - ответил я. - Берг, - крикнул я не оборачиваясь, - дай свой меч этому человеку.