— Ну что же, думаю, мы должны… справиться с бурей.
— Ты такой озабоченный, Руперт, такой печальный. Встряхнись, дорогой. Мы с тобой будем регулярно видеться. Постепенно лучше узнаем друг друга. Оба мы люди рациональные. Не волнуйся, и я тогда тоже не буду волноваться.
— Я надеюсь, что все это… будет не слишком болезненно для тебя.
— Как трогательно ты обо мне заботишься, мой дорогой. Нет. Это будет болезненно для тебя. Но мы вместе выдержим эту боль.
— Мне тяжко хранить это в тайне от Хильды, но я понимаю: другого выхода нет. Ты говорила что-нибудь Таллису?
— Ну разумеется, нет! Это совсем не касается Таллиса.
— Нет, дорогая, по-моему, в каком-то смысле…
— Я не согласна. Ведь ничего не произойдет. Это наша с тобой забота, Руперт, только наша, твоя и моя.
— Не понимаю, освободилась ли ты от Таллиса… я имею в виду — эмоционально.
Для него это важно, подумала Морган. Надо его успокоить.
— Да, — сказала она. — Думаю, это так. Кое-что продолжает меня тяготить. Но из дебрей я все же выбралась. — Выбралась ли? — подумала она. Сейчас ей было понятно только одно: необходимо полностью сосредоточиться на Руперте.
— Все это так сложно, — со вздохом сказал Руперт. — Ты сильнее меня. Женщины часто оказываются сильнее в такие минуты. Тебе дано ясно мыслить, ты спокойна. А я все беспокоюсь о тебе. Боюсь, что мои действия причинят тебе еще худшую боль. Представь себя на моем месте.
— Но, дорогой мой, я как раз делаю это с легкостью. Отчетливо вижу все: замешательство, муки совести, боль. Но решив — пользуясь твоими словами — выстоять в бурю, мы должны просто доверять друг другу и ждать, чтобы время и наша взаимная нежность помогли нам построить глубокие отношения, те, что останутся с нами навсегда. Мы оба хотим этого, да, Руперт?
— Я хочу. Но возможно ли это?
— Твое смирение так трогательно. Ты что же, думаешь, что я сбегу и брошу тебя? Нет, все, что мы задумаем, осуществимо.
Повернувшись вполоборота и все еще прикрывая глаза щитком ладони, Руперт внимательно посмотрел на нее:
— Я так не хочу причинять тебе боль. Ты не боишься, что мы играем с огнем?
— Огонь — жизненная стихия.
— Твоя храбрость, Морган, феноменальна.
— Твоя тоже, мой дорогой.
— Послушай, мне пора возвращаться в офис. И я должен все обдумать.
— Ты не додумаешься до того, что мы должны все забыть, не видеться и так далее?
— Нет.
— Когда мы увидимся снова? Скоро?
Они спускались по ступенькам, выходящим в сторону Хай-стрит.
— И все-таки… — сказал Руперт. — Мне никак не избавиться от беспокойства. Во всем этом есть что-то странное. Я не хочу, чтобы ты испытывала такое чудовищное напряжение.
— Думаю, что уж если ты его вынесешь, то я вынесу его и подавно. Ну, когда? Пообедаем завтра днем?
— Завтра днем я обедаю с Хильдой.
Повисло молчание. Они вышли на улицу, и Руперт сделал знак, подзывая такси.
— Позвони мне в офис. Но не сегодня.