— Получше, — едва слышно отозвалась Ким. — Понимает гораздо лучше. Но очень много спит.
— Это хорошо. Мы можем поговорить?
Ким показала на кресло.
— Нет, не здесь.
— Он спит, — сказала Ким.
— Думаю, что нам лучше поговорить в другом месте.
Ким пожала плечами и вышла с ним из палаты. Они устроились в небольшом зале ожидания в конце коридора.
— Я знаю о Донне Снайдер, — сообщил Эдвин.
Ким покачала головой, скорее покорно, чем со злостью:
— Меня это не удивляет.
— Насколько я понимаю, Алекс Кальдер сейчас в Южной Африке, копается в обстоятельствах смерти Марты.
— И?..
— Не думаю, что это хорошая идея.
— Почему?
— Сейчас «Зейл ньюс» находится в очень щекотливом положении. Кальдер может все осложнить еще больше. Чтобы все сорвать, многого не потребуется.
В глазах Ким вспыхнул злой огонек.
— А почему ты так боишься, что он узнает?
— Мне нечего скрывать, — заявил Эдвин. — Но время сейчас самое неподходящее. Мне кажется, тебе надо позвонить ему и попросить вернуться в Англию.
— Я этого не сделаю. Кто-то едва не убил Тодда, кто-то превратил сестру Алекса в калеку. Ответ на вопрос, кто именно, можно найти только в Южной Африке.
— А полиция знает насчет Донны Снайдер?
— Вряд ли. А почему это должно их интересовать?
— Полагаю, по многим причинам. Видишь ли, нам задавали очень много вопросов о тебе и о том, сколько ты унаследуешь в случае смерти Тодда.
— Меня тоже об этом спрашивали, — отозвалась Ким. — Но это обычные вопросы. Вряд они действительно подозревали меня.
— Тогда — нет, — сказал Эдвин. — Поскольку не знали, что Тодд тебе изменял.
— Это ничего не меняет! — с презрением воскликнула Ким.
— Как сказать! — не унимался Эдвин. И вдруг его осенило: — А как насчет тебя и Алекса Кальдера?
— Что насчет нас? — переспросила Ким, невольно покрываясь густой краской.
Эдвин улыбнулся:
— Вот-вот. В то время как муж лежит в больнице…
— Между мной и Алексом ничего нет! — заявила Ким, повышая голос.