– Я общалась с серьезными ребятами.
Не убирая оружия, Ниелах поставила Кодир на ноги, удерживая за грудки.
– Если сумеешь остаться в живых, – заметила девчонка, – то от Бобы Фетта можно многому нахвататься. Особенно если тебе нечего терять.
Прежде чем Кодир сумела ответить, помещение заполнил посторонний звук, такой глубокий и басовитый, что Ниелах ощутила его подошвами. Обе девушки подняли головы, как будто могли сквозь дюрастиловые стены разглядеть грозовые тучи.
Звук напоминал раскат грома. Но обе женщины знали, что это не так.
Новости издалека были подобны ударной волне после взрыва.
Коммандер Рожденст лично переговорил с командованием, и, когда пришло сообщение, что плохо подготовленный налет на недостроенную Звезду Смерти обернулся полномасштабным сражением, он закрыл глаза, опустив подбородок на грудь. В его сердце, будто прилив, поднималось желание оказаться там, в любой из машин, пусть даже старой и неуправляемой, лишь бы в гуше событий. Он услышал, как открывается дверь, поднял голову и посмотрел на Отта Клемпа.
– Началось, – просто сказал Рожденст. И не стал объяснять, о чем идет речь.
– А мы застряли здесь, посреди…
Его слова оборвал первый взрыв, от которого задрожали переборки передвижной базы. Басовитый раскат прокатился по помещению. Юный Клемп – весь напряжение – запрокинул голову к потолку.
– Это что было?
Прежде чем стал известен ответ, на панели коммуникатора загорелся красным огоньком индикатор, а в динамиках захрипел голос одного из разведчиков.
– Командир! В доках верфей что-то происходит… что-то крупное!
Рожденст уже активировал внешние сканеры. На всех экранах нарисовались клубы дыма и пламя – с разных углов пожирающие стапеля внизу. Пока оба, и коммандер, и Клемп, придвинулись к экранам, у основания великанских кранов расцвел очередной взрыв, опрокинув конструкции в центральный рабочий коридор. От удара дюрастиловые балки изогнулись и переплелись, кабели в несколько метров толщиной полопались, точно струны, оборванные концы их кнутами хлестали по грузовым платформам, раскидывая их, словно игрушки.
Грохот не мог преодолеть вакуум, окружающий мобильную базу эскадрильи, но ударной волны и разлетевшихся металлических обломков хватило, чтобы задребезжали листы обшивки. Клемп как раз передавал команду всем машинам убраться подальше от огненной бездны, распахнувшейся внизу, а Рожденст пытался разглядеть, что же там происходит.
– Это не корабли… – Рожденст ткнул мясистым толстым пальцем в ближайший монитор.
– Флот ни при чем.
Удлиненные силуэты крейсеров и <разрушителей> можно было различить сквозь густой дым, подсвеченный красно-оранжевыми бликами.
– Дело в стапелях и доках.
На их глазах гигантский портовый кран возомнил себя умирающим заурианом, ослепшая голова его высунулась из стены пламени и врезалась в переплетение структурных балок.
– Да тут все начинено взрывчаткой, как я погляжу.
– Да, но… – Клемп помотал головой. – В результате же весь флот разнесет на кусочки.
Очередной взрыв сотряс мобильную базу.
– По-вашему, это дело рук Куата с Куата? Чего он добивается? Это саботаж или самоубийство?
– Какая разница? – Рожденст потянулся за ком-линком. – Нужно вывести оттуда корабли.
– Это невозможно! Там никого нет. Кто же выведет их оттуда?
Рожденст оглянулся через плечо:
– А ты как думаешь? Наши ребята,
– Безумие. То есть… да нет, это чистое сумасшествие, – Клемп указал на пламя, растекающееся по экранам. – Вы хотите, чтобы наша эскадрилья полетела туда? Состояние большинства наших <костылей> соответствует их названию, в таких машинах мы едва можем маневрировать, а вы хотите послать их в самое пекло? Нас разорвет в клочья!
– Если машины так плохи, значит, и потеря невелика, верно? – Рожденст взглядом пригвоздил юношу к месту. – Слушай, если ты или все остальные не хотят браться за эту работу, отлично, ваше дело! Сидите на базе и смотрите. А я пошел.