— А как же «дипломатия»?
— Дипломатия — это умение держать себя достойно, уважая обычаи других. Хитрость — в лучшем случае полуправда…
Глубокий вздох и ворчанье Сашки на кровати оторвали Трофима от воспоминаний…
— Слушай, ты, Лазарев, я алмаз нашел и сдал.
— Везет человеку!
Трофим обернулся к Сашке и увидел, что тот лежит на кровати одетый, чего с ним никогда не случалось, да и представить себе такое невозможно. А лицо друга, сообщившего радостную новость, выглядело просто несчастным.
— Заболел, что ли? — обеспокоенно спросил Лазарев.
— Типун тебе на язык.
— Да в чем дело? Говори.
— Алмаз я нашел — и сдал.
— Ну, а как же! — недоумевал Трофим.
— Да никак… — зло ответил Сашка.
— Жалеешь… Попов промолчал.
— Приз за находку получишь, — сказал Трофим. — Мог бы и не найти. Дело такое.
— Наплевать было бы.
— Ну и сейчас наплюй. Велика важность.
— Ты знаешь, сколько стоит мой алмаз? — Сашка сел в постели. — С ума сойти можно! Три «Волги» и две яхты. Самое малое…
— Прикинул? — усмехнулся Лазарев.
— Прикинул… — кивнул Сашка и принялся грызть ногти.
— Чего это ты за ногти взялся? — удивился Трофим.
— Детская привычка. Отвык, да вот вспомнил.
— Забудь. И об одном и о другом. Самое милое дело, — по-дружески посоветовал Лазарев. — Считай, что пожелал в личную собственность «Ту-134». Самому смешно станет.
— Тошно на душе.
— К Анке сходи, потрепись. Может, полегчает.
— Не-е… Трошка, ты мне друг?
— Стал бы я от кого другого выслушивать этакую околесицу! — фыркнул задетый вопросом Лазарев. — Послал бы я его подальше — и дело с концом. Тоже мне «переживания»…
— Пойдем на охоту. Тошно в городе. По три отгула у пас заработано. А? Глухарей постреляем…
— Сразу не дадут.
— Знаешь, как я алмаз назвал? «Солдат».
— Здорово!