– Они хотят, чтобы мы производили не больше сорока пяти, но думают, что мы производим пятьдесят.
– А у нас, значит, семьдесят?
– Пока шестьдесят восемь, – уточнил Уайтекер.
Андреас спросил, может ли АДМ сократить производство на двадцать тысяч тонн, чтобы ублаготворить конкурентов, но Уайтекер ответил, что проблема не в этом. Количество лизина, которое хотят производить в совокупности все компании, превышает объем текущего рынка. Если все выбросят продукцию на рынок, цены неизбежно упадут.
– Я думаю, все было бы в порядке, если бы не Икэда, – сказал Уайтекер. – Мы с Терри его на дух не переносим.
– Не будь наивным! – презрительно фыркнул Уилсон. – Он делает то, что велит ему Ямада.
Чтобы решить проблему, сказал Уайтекер, потребуется личная встреча Андреаса с Ямадой.
– Вот кто меня действительно беспокоит, – отозвался Андреас.
– Да, но он-то вроде бы мыслит разумно, – сказал Уайтекер. – А Икэда – задница, и, я считаю, он-то и заварил кашу.
– Ямада действует как остальные: посылает на переговоры своего болванчика, – откровенно брякнул Андреас. – Велит ему: «Поезжай, сражайся, не уступай ни пяди».
– Да, похоже, что такова их политика, – согласился Уайтекер.
– Ты передал Ямаде, что я могу встретиться с ним где угодно? – спросил Андреас.
– Передам сегодня же вечером, – кивнул Уайтекер.
Ситуация требует срочных мер, добавил он. Иначе цены неминуемо упадут.
– Месяца три-четыре мы продержимся, а потом, если ничего не изменится…
– …мы все потеряем кучу денег, – закончил за него Андреас.{173}
В 15.30 того же дня все трое встретились еще раз. Андреас хотел досконально разобраться в положении дел на рынке лизина и в объемах этого рынка. Уайтекер и Уилсон подробно изложили мнения конкурентов.
Уилсон почесал подбородок.
– Цены запросто могут упасть процентов на десять, – сказал он.
– На десять? – удивленно переспросил Андреас.
– Да, – ответил Уилсон.
– Это верно, – подтвердил Уайтекер.
Андреас улыбнулся и поднял руки ладонями вверх:
– Тогда нам остается только врать конкурентам. А уж если мы врем, то делаем это с открытыми глазами, этого у АДМ не отнимешь.
Уилсон согласился, что в этом преимущество АДМ перед японцами.
Независимо от размеров рынка, продолжил Андреас, надо продумать позицию на переговорах. Месяцев через шесть надо начать жаловаться на ограничения по объему производства – даже если АДМ будет тайно производить намного больше. Если к тому времени конкуренты будут готовы договориться об объемах, следует создавать искусственные препятствия, чтобы оттянуть этот момент до тех пор, пока не удастся скрыть обман.
– Таким образом, мы на время избавимся от этих разборок, – сказал Андреас.
– Правильно, – поддакнул Уайтекер.
– Итак, – заключил Андреас, – начинаем врать, прямо сейчас.
В 16.40 Уайтекер снова был в кабинете Андреаса, на этот раз один на один. Единственным звуком, нарушавшим тишину в кабинете, было пыхтение аквариумного насоса. Мик вызвал Уайтекера, чтобы получить дополнительную информацию о японцах. По-видимому, он понял, что настал критический момент. Выбор был один: либо извлекать максимальную прибыль, либо развязывать войну цен.