Херндон оглянулся. Позади него стоял Везеролл.
Их глаза встретились.
Везеролл улыбнулся и кивнул. Он тоже слышал это.
С этого момента встреча проходила в атмосфере дружелюбия. Несколько часов бизнесмены обсуждали региональные цены и решали, как поступить в случае, если клиент лжет, утверждая, что ему предлагали более низкую цену. Если все компании будут твердо придерживаться соглашения, то клиенту волей-неволей придется покупать лизин у одной из них по той цене, какую они определили.
Уилсон бросил со своего диванчика:
– Просто говорите, что цена не может быть ниже такой-то величины, и точка. Это жесткая позиция, но если знаешь, что другие компании тебя не подведут, то бояться нечего.
– Да, если мы будем доверять друг другу, то все выиграем, – кивнул Мимото. – Мы будем продавать по той цене, по какой хотим.
Уилсон встал с диванчика, прошел в конец комнаты и, взяв банку содовой, вернулся на место. Некоторые все же опасались, что другие их обманут.
– Если так пойдет, то эти долбаные покупатели будут манипулировать нами! – прогремел Уилсон, размахивая руками. – Они обставят нас, если позволить им это.
Все замолкли.
– Они нам не друзья, не забывайте об этом, – продолжал Уилсон. – Слава богу, что они у нас есть, но они нам не друзья. – Он обвел взглядом слушателей. – Вы мои друзья. Я хочу быть заодно с вами, а не с ними, потому что от вас зависит, сделаю я деньги или нет.{194} По крайней мере, на этом рынке. Я одно хочу вам сказать: главное – договориться о ценах. Давайте согласимся, что мы все хотим этого, а потом разойдемся и сделаем все, чтобы так и было.
Его зажигательная речь подействовала. Все были готовы попробовать работать на доверии. Со смехом и шутками, разговор длился еще часа полтора. Мимото до того расчувствовался, что даже пригласил присоединиться к нему за обедом в ресторане отеля.
– Очень щедрое предложение. Принимается, – отозвался Уайтекер, следуя указаниям Херндона. – Встретимся за обедом.
Разговор перешел на посторонние темы. Дело сделано; кто на гольф?
– Я только сделаю несколько телефонных звонков, – сказал Уайтекер, – а минут через пятнадцать встречаемся у первой метки.
– Я хочу поиграть в гольф, – сказал Чун Мо Су.
Все поднялись и потянулись к выходу.
Как только Херндон выключил монитор, зазвонил телефон.
– Это Боб?
– Да, Марк, я.
– Ну как?
Херндон вздохнул:
– Это хорошая запись, Марк. Очень хорошая.
– Да! И она как бы связывает все воедино, правда? Как бы объединяет все, о чем мы говорили.
Херндону нечего было возразить.
– Да, Марк, вы потрудились на славу. Отличная работа.
Херндон поднял руки, расправил плечи, потянулся и сделал выдох, напрягая мышцы. Иногда он ленился делать разминочные упражнения, но сегодня добросовестно выполнил всю программу. После нескольких часов сидения перед черно-белым экраном надо было хорошенько размяться.
Почувствовав, что мышцы стали гибче и подвижнее, он взял корзину с сотней мячей для гольфа и прошел на одну из принадлежащих отелю площадок, где не было почти никого. Установив первый мяч, он замахнулся клюшкой.
Минут десять он гонял мячи. Корзина быстро пустела. Херндон услышал, что кто-то подходит сзади, но сосредоточился на своем ударе.
Вжик.