— Просто так. Посмотреть.
— Нет. Нет-нет. Глеб — ты подумай. Вспомни. Тебя что-то заставило туда идти? Что-то подтолкнуло?
Дядя сидел перед ним, подавшись вперед, уперев локти в колени и сцепив пальцы.
«Зачем он затеял разговор? Что ему надо?».
— Никто меня не тянул. Я сам пошел.
— А потом?
Врать не было смысла. Вообразить в дяде врага легко. Сама ситуация требовала этого, но Глеб заставил себя переключиться. В конце концов, это его дядя Сережа, отец Аленки. Хороший, веселый человек, который выручил в трудное время. Это его дом, его земля и его ответственность за нее и всех тех, кто живет с ним.
— Я увидел в тумане что-то темное…
Глеб старался говорить не слишком эмоционально, чтобы не выглядеть «истеричкой». Ему хотелось дать дяде возможность услышать только факты и самому решить, как к ним относиться. Экспрессивность здесь не годилась, она могла повредить.
На середине рассказа дядя опустил голову и вдруг громко произнес:
— Большая чума, будь она неладна. Чума, и грех, и немощь.
Глеб вздрогнул и замолчал.
Дядя поднял голову.
— Чего?
— Вы что-то сказали?
— Я? Нет. Продолжай.
Глеб снова заговорил. Произнося слова, он подумал, что все здесь не так. Весь этот разговор — просто ширма, бессмыслица, предлог, а на самом деле происходит что-то другое. До этой минуты, ему и в голову не приходило, что опасность может исходить не только от вещей внешних и явно угрожающих: таких как лес или туман, а от близких — от людей, с которыми он живет под одной крышей. Она может находиться прямо здесь, в доме — сейчас.
Призрак, бродящий среди деревьев — страшен; безумие в глазах близкого человека — страшно вдвойне.
— Ты сам-то что об этом думаешь? — спросил дядя.
— Мы угодили в эпицентр потусторонних событий. Другого объяснения у меня нет.
— Потусторонних… Черт знает что! Потусторонних! Но к этому же нельзя относиться серьезно!
— Дядь Сереж, может, нам уехать?
— Ты не поверишь, но я думал об этом. Очень много думал. Нет. Нельзя бросать ферму. Да и ехать нам некуда. Мы останемся. И Ира думает так же.
— А если станет хуже?
— Не знаю… Но ты бы мог уехать.
— Я решил остаться. Если вы не против, конечно.
— Мы не против. Мы-то не против.
Он потер ладони одна об другую.
— Ира что-то плохо себя чувствует.
— А что с ней?