Из бездны вод - Летопись отечественного подводного флота в мемуарах подводников (Сборник): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

5. Роль подводных лодок в будущей войне будет очень большой, если не решающей.

* * *

Теперь можно только поражаться прозорливости замечательного русского адмирала. Царя Щенснович убеждал: "В случае надобности мы могли совершенно самостоятельно построить большой подводный флот - были бы только для этого даны необходимые средства". Увы, царское правительство, раболепствуя перед иностранной техникой, упорно покупало американские лодки Лэка, намного уступавшие русским по боевым качествам.

О том, как строили американцы подлодки для русских, красноречиво говорит рапорт лейтенанта Я. И. Подгорного о ходе строительства "Кефали": "Все не пригнано, косо и криво. Задний деревянный киль не защищен с боков железом, а поставлена просто деревянная болванка, плохо обтесанная. При самом легком прикосновении ко дну она, конечно, отлетит и вырвет с собою болты. Во многих местах швы текут. Заливаются они просто асфальтом или же забиваются паклей и щепками".

Лейтенант Подгорный встретился с самим Симоном Лэком, когда тот приехал в Либаву. Едва сдерживая негодование, Подгорный сказал:

- Ваша фирма, господин Лэк, обещала построить "Кефаль" в пятимесячный срок. Прошло уже восемь месяцев, а конца стройке не предвидится.

- Да, старые сроки давно истекли,- нисколько не смутившись, подтвердил Лэк.

- А новые сроки?!

- Не учтены.

Увы, неустойка не была оговорена в контракте, а Лэк уже получил три миллиона рублей из четырех по договору. Никто не знает, сколько он получил от японцев за то, чтобы строительство подлодок затянулось.

В своей докладной записке адмирал Щенснович взывал: "Неужели нам и в этом деле быть позади иностранцев и давать им возможность учиться, как нас побеждать на наши же средства?

А заказ лодок за границей... к этому и приводит... Изобретатель г. Лэк, получив от нашего правительства почти миллион рублей как первый платеж за лодки, немедленно по заключении контракта открыл контору для постройки этих лодок в Берлине..." Увы, только небольшая группа подводников-патриотов - Н. Л. Кржижановский, М. Н. Беклемишев, И. И. Ризнич, М. М. Тьедер, В. Ф. Дудкин, В. А. Подерни, М. П. Налетов - разделяла тревоги Щенсновича и настойчиво пропагандировала подводное плавание в России.

"Подводники - это моряки будущего",- прозорливо утверждал лейтенант Тьедер. Любопытно, что Тьедер вопрос о развитии подводного флота связывал с проблемой прочного мира. "Только подводные лодки в союзе с аэропланами,- писал Тьедер,- могут положить наконец предел бесконечному увеличению государствами их военного бюджета, только они помогут всем странам наконец вздохнуть привольней в атмосфере мира, культуры и благосостояния. Эти новые смертоносные машины войны отрезвят наконец воинственный пыл наших правительств и в историю народов внесут тот перелом, тот мир, о котором до сих пор так безнадежно мечтали лучшие люди".

* * *

Страстным пропагандистом развития подводного флота был другой сподвижник Щенсновича, лейтенант И. И. Ризнич. "Для владения морем, как мы обыкновенно слышим,-писал Ризнич,- необходима линейная морская сила, так это было до сих пор, но не так это теперь... Средств против подводной лодки пока нет, а потому и можно сказать, что это оружие будущей войны... будет оружием страшным..."

Особую ярость реакционеров и королей угля и стали вызвали замыслы о создании больших лодок - подводных крейсеров. Ратуя за большие подводные лодки, тот же Ризнич писал: "Большие лодки с большим районом плаваний смогут самостоятельно совершать большие переходы для нападений в неприятельских портах, смогут подолгу держаться в океане... С помощью подводных лодок мы должны базировать всю охрану наших берегов на минной обороне и именно подводными лодками".

За активное использование подлодок выступал изобретатель первого в мире подводного минного заградителя М. П. Налетов. "Не отрицая пользы подводных лодок в береговой обороне,- писал Налетов,- я нахожу, что подводная лодка, главным образом, должна быть оружием наступательной войны..." (!!!) На такие дальновидные утверждения не решился ни один зарубежный военно-морской авторитет.

Что касается больших лодок, то Ризнич писал: "Я не вижу ничего невозможного в появлении, может быть и в недалеком будущем, подводной лодки водоизмещением в 18000 тонн!"

Но даже проект "подводного крейсера" в 4500 тонн инженера Б. М. Журавлева в 1911 году вызвал лишь насмешки царских адмиралов, автор проекта получил выговор за "настойчивое домогательство" и "внесение смуты и брожения в умы". Против проекта высказался и главный строитель подводных лодок в России генерал-майор И. Г. Бубнов, считавший, что лучше построить пять подлодок типа "Барс", чем один "подводный крейсер".

А между тем жизнь оправдала предвидения Щенсновича, Ризнича, Кржижановского, Журавлева, Налетова, ратовавших за строительство больших подводных лодок. В наши дни как раз лодки большого водоизмещения составляют главную силу подводных флотов (например, первая американская субмарина типа "Трайдент" имела водоизмещение около 19 тысяч тонн).

* * *

В свой Учебный отряд подводного плавания - завязь будущих подводных сил России - Щенснович отобрал семь офицеров и двадцать матросов, руководствуясь такими критериями: "Каждый человек, выбранный на службу на лодках, должен быть высоко нравственный, не пьющий, бравый, смелый, отважный, не подверженный действию морской болезни, находчивый, спокойный, хладнокровный и отлично знающий дело". В эту великолепную семерку первых офицеров-подводников был зачислен и двадцативосьмилетний лейтенант Ризнич, бывший водолазный офицер с броненосца "Георгий Победоносец" и будущий командир подводной лодки "Святой Георгий".

Ризнич пришел в отряд не учиться, а обучать, ибо ко времени создания "подводной дружины Щенсновича" он обладал изрядным опытом командира-подводника. Он наверняка гордился тем, что еще в 1904 году стажировался на "Дельфине"- первой русской субмарине у самого кавторанга Беклемишева, подводника No 1.

...В Лиепае (бывшей Либаве) и сейчас еще стоят краснокирпичные фигурные корпуса казарм, в которых жили первые русские подводники. Какая отважная дерзновенная жизнь кипела в их стенах на заре века! Все вновь, все неизведанно - и каждый фут глубины, и каждая походная миля на утлых, опасных подводных снарядах, в которых скептики видели скорее "аппараты", чем боевые корабли. Невольно хочется сравнить эту когорту энтузиастов с первым отрядом космонавтов: ведь и они, эти "охотники" - мичманы и лейтенанты,- стояли перед тем же порогом небывалого, за которым простиралась пусть не бездна Вселенной, но бездна Океана. Недаром водные недра нашей планеты называют "гидрокосмосом". Дух поиска и эксперимента, риска и удали разительно отличал Учебный отряд подплава от других частей и заведений императорского флота, погруженного после Цусимы в анабиоз позора и уныния.

Командир либавского военного порта возмущался тем, что подводники не впускают его в эллинги с засекреченными субмаринами, тогда как простые мастеровые входили туда беспрепятственно.

Командир либавского порта писал в Петербург жалобы и доносы на Щенсновича и его людей. А Щенснович в ту пору работал над документом, который по праву можно назвать первым "Уставом подводного плавания". Щенснович добивался строительства бассейна для своих лодок, теребил начальство, требуя средств на развитие учебной базы отряда. Столь же беспокойными и деятельными были и ближайшие его помощники - командиры учебных подводных лодок лейтенанты Ризнич, Власьев, Гадд-второй, Заботкин...

Ризнич составил первый "Словарь командных слов по управлению подводными лодками", лейтенант Белкин разрабатывал тактику ночных атак. Это стоило ему жизни. Во время учебной атаки подводную лодку "Камбала", на которой находился Белкин, нечаянно таранил линкор "Ростислав".

Питомцы отряда учились не в классах, учились прямо на подводных лодках, учились в море. Тонули, горели, садились на мели, но горькая соль морского опыта уточняла инструкции, рекомендации, правила для тех, кто поведет потом свои "Барсы" и "Пантеры" в боевые походы сначала первой мировой, а потом и гражданской войн...

Не раз на флоте добрым словом вспоминали Щенсновича за его поистине подвижническую деятельность по созданию на Балтике первого отряда подводников.

Впечатляет и краткий перечень того, что сделано им для становления подводного плавания. Создан на деле (а не на бумаге) Учебный отряд подводного плавания. В нем не только обучали офицеров и матросов-подводников, но и регулярно передавали флотам приведенные в боевую готовность лодки вместе с экипажами. Был сооружен бассейн для стоянки двадцати лодок. Устроены пирсы для швартовки лодок, станция для пополнения запасов электрической энергии и сжатого воздуха. Установлен опреснитель. Построен эллинг с док-мостом для подъема с воды лодок на зиму.