— Кровать готова. Я повесила полотенца и положила новую зубную щетку в ванной.
Джонас насмешливо посмотрел на нее.
— Удивительно! Даже есть лишняя зубная щетка на случай прихода нежданных гостей мужского пола!
— У меня не бывает гостей мужского пола, но я не могу устоять перед рекламой «Три по цене двух».
— Я рад, — спокойно ответил он.
— Что у меня много зубных щеток?
— Что я — единственный счастливец, который остается здесь на ночь.
— По тебе этого не скажешь.
Он криво улыбнулся.
— А вот тут ты ошибаешься. Я просто слишком упрям, чтобы это показывать. Кстати, позвонила моя мама, услышав о здешней буре. Она успокоилась, когда я сообщил, что останусь тут на ночь.
— А ты сказал, где именно?
Джонас покачал головой.
— Не вижу смысла воскрешать ее надежды. Если бы она узнала, что я ночевал у тебя, то уже заранее услышала бы топот маленьких ножек.
Эйвери резко отвернулась, и Джонас погладил ее по руке.
— Прости. Я бестактная свинья.
Она пожала плечами.
— Ничего.
Какое-то время Джонас сидел, глядя на кончики своих ботинок, а затем посмотрел на нее.
— Эйвери.
Она напряглась.
— Да?
— Я много думал в течение прошедших недель. В основном ночью, — признался он. — «Мерком» забирает все мое время. Хочешь услышать, какой вывод я сделал? Все просто. Мы усыновим ребенка или даже не одного, если захочешь…
— Нет! — Она яростно потрясла головой.
Джонас остался на удивление спокойным.
— Ты по-прежнему против усыновления?
— Да.
— То есть мы вернулись к истокам. — Джонас ненадолго замолчал, устремив взгляд на пламя. — Я солгал, Эйвери, — твердо произнес он.
— Насчет чего?
— Я приехал сегодня сюда с единственной целью увидеть тебя.
Эйвери воинственно посмотрела на него.