— Теперь открой глаза и смотри на меня, — сказал он.
Она заморгала, силясь разглядеть его в полумраке.
— Натан, — прошептала она, и он ощутил, как какое-то неведомое чувство, словно бутон фантастического цветка, раскрывается в его груди. “Что это, — подумал он, — неужели та самая любовь?”
Он почувствовал, что ее тело расслабляется под ним — мягко, легко и томительно. Он поцеловал ее и еще глубже вошел в нее, и на этот раз ее тело действительно приняло его.
Он оторвал свои губы от ее рта и посмотрел ей в глаза, словно спрашивая, хорошо ли ей. Она легонько кивнула — хорошо.
Ему захотелось снова поцеловать ее, но надо было, чтобы она постоянно могла видеть его лицо.
— Смотри на меня, — сказал он. — Не своди с меня глаз.
Она еще раз кивнула, глядя на него так, словно источник ее силы был в том, что она может видеть его.
— А теперь я буду двигаться, — предупредил он и, все так же не сводя глаз с ее лица, почти совсем вышел из нее, а потом медленно начал входить обратно.
Выражение ее лица резко изменилось — глаза расширились, ресницы затрепетали, а с губ сорвался страстный, восхищенный стон. Он снова вышел и снова вошел, одновременно лаская ее заветный бугорок, спрятавшийся под золотисто-курчавыми зарослями. Она стала коротко постанывать, время от времени вслух шепча его имя, но вдруг выгнулась дугой и без сил упала на матрас.
Он сделал еще несколько движений, дернулся и рухнул на нее сверху.
Глава 19
“Bay, — сказала она про себя. — Bay!” Кто бы мог подумать, что это так прекрасно! Она рассчитывала получить лекарство от своих проблем, но получила гораздо больше. Как гласит старая истина, главные события происходят, когда меньше всего их ждешь.
“Странно, — подумала она, — почему цивилизация до сих пор не развалилась, — видимо, люди чего-то недопонимают. Если бы они поняли, как это здорово, то не вылезали бы из постелей и мир бы погиб”.
Натан все еще лежал на ней, потный и расслабленный, как после стайерской пробежки, и тяжело дышал. Она все еще чувствовала его внутри себя, уже не такого огромного, но он все еще был там, все еще был частью ее. Она бы хотела, чтобы это продолжалось вечно, но все однажды должно кончиться.
Он приподнялся и сполз с нее. Из окна подул прохладный ветер. Кровать скрипнула — Натан встал и потихоньку вышел из комнаты.
Просто взял и вышел — ни слова, ни поцелуя. Впрочем, чего еще она ждала? Чтобы он лег рядом с ней, обнял и попросил остаться? Да, именно этого она и хотела. Но есть одно “но”. Они вовсе не были любовниками. Ведь она не просила его о том, чтобы их отношения продолжились после. Она только просила его помочь ей преодолеть навязчивый страх мужского члена, страх перед сексом — и больше ничего.
Свет лампы резал ей глаза, и она выключила ее. Вот, так все просто. А теперь надо вставать, одеваться и уходить отсюда, уходить самой, пока ее не выгнали. Поблагодарить его за урок и уходить. Ведь сейчас он скорее всего ждет, что она быстренько исчезнет. Может быть, он сейчас вернется и спросит, почему она до сих пор валяется в его постели.
Но куда же она пойдет — ей просто некуда идти! Ей стало жалко саму себя, и по ее щекам потекли слезы. Какое странное чувство! И тут ей в голову пришла одна просто страшная мысль — мысль о том, что он, должно быть, просто ненавидит ее!
Стесняясь подниматься с постели обнаженной, она завернулась в простыню и подошла к окну. Ветер разогнал облака, и вновь показались звезды и луна. Ларк утерла разгоряченное лицо прохладной простыней. Да, она не смогла показать высокого класса в сексе — для нее это слишком сложно.
Кровать скрипнула за ее спиной.
— Спасибо вам, Натан, — сказала она слегка дрожащим голосом, стараясь не выдать своих истинных чувств.
— Спасибо? За что?
— За помощь. Мои страхи исчезли.
— Действительно? — В его голосе слышалась ирония.
— Да.
— Но я знаю еще кое-какие средства.
Она повернулась к нему лицом. Он протянул ей одноразовый пластиковый стаканчик с какой-то жидкостью.
— Зачем? — удивилась она.
— Просто так, — сказал он. — Выпейте.