Убийство в поместье Леттеров: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Только Энтони проводил ее пристальным, испытующим взглядом. Он готов был поклясться, что она нарумянилась. Но ведь за ужином цвет ее лица был вполне естественным. «Странно!» — мелькнуло в его голове…

Глава 6

Джулия погасила свет, подождала, пока глаза привыкнут к темноте и, уверенно ступая, подошла к широкому, во всю стену, окну. Раздвинув шторы, она устремила взгляд в темноту. Над опущенными рамами вливался в комнату пьянящий ночной воздух. Лупа еще не взошла на ясное небо. За небольшим садом все скрывалось в таинственной тени деревьев. Все замерло под безоблачным небом, погрузившись в безмолвие.

Джулия подошла к кровати, легла рядом с Элли, подоткнув под спину подушки. Обе они уже давно ждали этого момента: Элли — чтобы все рассказать, а Джулия — чтобы выслушать. Рука Элли тотчас легла на ее руку.

— Наконец-то, Джулия! — со вздохом невыразимого облегчения произнесла Элли и неожиданно разразилась рыданиями.

Уже давно удерживала она в себе холодный, тяжкий груз своего горя, не позволяя слезам пролиться даже ночью, боясь, что потом уже не сможет снова взять себя в руки. Но теперь, когда Джулия наконец-то была рядом, Элли могла расслабиться. Теперь ей можно поплакать вдоволь. Джулия знает, когда ее остановить.

И Джулия дала ей выплакаться. Не дотрагиваясь до Элли, не пытаясь ее успокоить. Она просто лежала рядом, держа ее руку. Джулия была рядом всю жизнь, всегда была вожаком в их маленьком союзе. А Элли покорно следовала за нею. Джулия вовлекала сестру во всякие авантюры, но лишь она одна всегда, словно чудом, вызволяла ее из любых бед. И теперь в глубине ее души жила отчаянная, совершенно безосновательная надежда, что и на этот раз Джулии каким-то образом удастся ее спасти. Хотя время детских игр прошло. И теперь беда была настоящей. И настоящая угроза нависла надо всем, что было дорого Элли в этой жизни… Подушка ее уже вся промокла от слез, когда присутствие Джулии наконец начало оказывать свое благотворное воздействие.

— Ну полно, Элли, ты уже наплакалась достаточно, — Послышался ее ласковый грудной голос.

— Угу.

— Тогда прекращай. Платок есть?

— Есть, — всхлипывая, пробормотала Элли. Отпустив руку Джулии, она достала из-под подушки платок и высморкалась.

— Перестань рыдать. Лучше расскажи, что стряслось.

Элли прерывисто вздохнула, готовая снова расплакаться.

— Это из-за Ронни! — всхлипнула она.

— Ронни остался жив, и это главное. Подумай об этом и перестань плакать.

— Я знаю. Скверно я себя веду, да?

— Да. На редкость глупо.

Элли почувствовала облегчение. Удивительно, какой покой воцаряется в душе, когда твои страхи называют «глупостью». Она снова коснулась руки Джулии, такой падежной и сильной:

— Наверное, ты права. Но старшая медсестра считает, что в больнице Ронни не удастся снова почувствовать себя полноценным человеком. А я боюсь, что Лоис ни за что не разрешит ему жить в этом доме.

— Если будешь бояться, так оно и выйдет. Лоис так устроена: чем больше перед ней робеешь, тем больше она тобой помыкает.

Элли снова прерывисто вздохнула.

— Знаю. И все равно не могу ничего с собой поделать. Я действительно ее ужасно боюсь.

— Тогда ничего хорошего не жди.

— Перестань так говорить! — воскликнула Элли, судорожно стискивая руку Джулии. — Я ничего не могу с собой поделать — так я устроена. Лоис привыкла втаптывать в грязь таких, как я. И будет делать ото до тех пор, пока я не стану такой же жалкой, как Минни. А может, и еще хуже.

— Конечно, если ты это допустишь.

— Я не в силах противостоять ей. Я, конечно, все же попытаюсь завтра поговорить с Джимми, хотя уверена, что это ничего не изменит.

— Как знать, может, и изменит. Я тоже с ним поговорю, возможно, и Энтони за нас вступится. Вдвоем мы постараемся напомнить ему, что хозяин в этом доме — прежде всего он, и если он желает поселить Ронни здесь, то никто не имеет права ему помешать.

— Ты плохо знаешь Лоис, — отозвалась Элли упавшим голосом. — Она сумеет его переубедить. Ей это всегда удается.

— И все-таки нужно попробовать.

Джулия не столько почувствовала, сколько догадалась, что Элли вся дрожит.