Иван Грозный (Книга 2, Море): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Народ сам готов бороться с изменой, и Малюте приходится смотреть за тем, как бы чернь не разгромила боярские хоромы, как то было в юные годы Ивана Васильевича.

Народ - загадка, и ту загадку не дано ему, Малюте, разгадать. Одно ясно, что народ за царя, а не на стороне бояр. Посады и деревни не жалеют Курбского, который хотел прикинуться перед людьми невольным страдальцем... Народ пожалел царя, узнав об измене князя. Об этом он, Малюта, давно собирался доложить царю. Пускай Иван Васильевич в своей воле будет смелее. Пускай не щадит вельмож, кто бы они ни были. Мужики за них не заступятся. Мужик не изменяет. Ему не понятны отъезды в чужую землю. Убегая из вотчин и поместий, он дальше рубежа никуда не идет. Одни князья требуют себе права на отъезд! Ну, что ж!

Иван Васильевич с удивлением прислушивался к словам Малюты. А потом тихо, слабо улыбаясь, сказал:

- Хорошо ты говоришь о мужике... Так ли это?!

Малюта вздохнул облегченнее и, осенив себя широким крестом, громко произнес:

- Да будет благость господня над Московскою державою царя батюшки Ивана Васильевича! Говорю я то, что вижу и что знаю.

II

Недаром же поется песенка о русской женщине:

Белое лицо, как бы белый снег,

Щечки, как бы маков цвет,

Черные брови, как соболи,

Будто колесом, брови проведены,

Ясны очи, как бы у сокола...

Она ростом-то высокая,

У нее кровь-то в лице, словно белого зайца,

А и ручки беленьки, пальчики тоненьки...

Ходит она, словно лебедушка,

Глазом глянет, словно светлый день...

Неспроста и Никита Васильевич Годунов повадился изо дня в день ходить в гости к стрелецкому сотнику Ивану Демидовичу Истоме Крупнину.

Придет, богу помолится, вздохнет, отвесит большой поклон хозяевам дома с их дочерью Феоктистою Ивановной и, стыдливо покраснев, сядет в указанное ему место под образами; опять вздохнет, робко покосится в сторону красавицы дочки, а на лице пуще прежнего румянец, словно у красной девицы. И не похоже что это - начальный человек над самим Истомою-сотником и один из приближенных к царю новых людей. Свела Никиту Годунова с сотником Истомой царева служба по бережению дорог к морям Западному и Студеному и по устройству ямов с ямскою гоньбою на тех путях. А сблизила беззаветная, преданная любовь к родной земле.

Но всё ли это? Нет, не всё. Завелось и другое. Может быть, поэтому-то Феоктиста Ивановна в присутствии Никиты и сидит, затаив дыхание, не смея взглянуть на молодого, знатного гостя, и полная грудь ее тяжело вздымается от подавленных вздохов.

В этот день Никита Годунов явился к сотнику с саблей у пояса, в походной одежде; озабоченно оглядел хозяев дома, сказал негромко:

- Батюшка Иван Демидович, видно, господь бог уж судил нам с тобою до гроба заедино ратничать, заедино царевы наказы блюсти!..

Истома низко поклонился, коснувшись пальцами правой руки ковра на полу.

- Рады мы твоему слову доброму, сокол ты наш ясный, милостивец Никита Васильевич... Немалая честь мне с тобою ратничать, того больше государевы наказы блюсти. На то и мать родила нас, чтобы меча из рук не выпускали мы, защищали бы им свою святую родину.

- Собирайся же, родной Иван Демидович, помолясь господу богу, в путь-дороженьку. Государь наш батюшка Иван Васильевич из Москвы задумал отбыть заутро со всею своею семьей в Александрову слободу. Людское ехидство невтерпеж его царской милости. Жадность и честолюбие людей обуяли... Жадность к обогащению, к власти, к славе и почету сверх заслуг, сверх меры... Корыстолюбие разлилось по всей Руси у наследственной знати...

- Ну што ж, голубчик Никита Васильевич. Воля государева - воля божья.

- Накажи стрельцам: воинское дородство б соблюдали. Однорядки почистили бы, оружие осмотрели. В походе чтоб молодец к молодцу казали. Охранять государев караван удостоены. Честь великая. Сам Григорий Лукьяныч осматривать нас будет и опрашивать...

- Будто не гневались на мою сотню ни ваша милость, ни прочие государевы слуги. Служим по-божьему, согласно чести и глаголу пророков. Жалованы были царскими милостями...

- Добро, Иван Демидович, добро... Ведомо про то всем. Что делать? Тучи над Русью нависли темные; новые лютые времена наступили: на дворе зима, а в Москве жарко, пот катится со всех; палачи, губя изменников, умаялись, и война не утихает, вороги осмелели, лезут на Русь, ровно волки бешеные. Изменные дела их охрабрили. По-новому и нам с тобой ратоборствовать суждено... Жало измен не легко вытаскивать; и того труднее - вырывать жало из пасти скрытых предателей.