— Я… я ничего не могу. Не то что моя мама. Делаю сама не знаю что и не выношу вида гноя, — объясняет она, — О-о! А-а! — из нее вырываются стоны, пока она смывает первую порцию листьев и прикладывает новую.
— И как же ты охотишься? — искренне недоумевает он.
— Убивать зверей гораздо легче, чем это. Можешь мне поверить. Хотя тебя я тоже, кажется, убиваю.
— А побыстрей убивать нельзя?
— Нет. Заткнись и жуй груши.
После трех процедур из раны вытекло, наверное, целое ведро гноя, опухоль как будто спала. Во всяком случае, Пит почувствовал себя немного лучше.
— Что дальше, доктор Эвердин?
— Думаю, можно помазать средством от ожогов. От инфекции оно ведь тоже помогает. Потом забинтуем, — так она и делает, — А теперь поспи немного…
Пит сам не осознавал насколько он устал, глаза, сами собой закрываются, веки тяжелеют и он снова проваливается в мир кошмаров.
Лес. Полный опасности. И опасаться нужно отнюдь не зверей. Вокруг рыскают другие хищники. Более жестокие и свирепые. Изощренные убийцы.
Профи.
— Китнисс, беги! Они совсем рядом!
Пит бросается на Катона, чтобы защитить ее, но в это время оба ножа Мирты попадают точно в цель…
— Неееет!.. — он подбегает к ней, забыв о Катоне, который тоже замер, глядя на трибутку Двенадцатого, и подхватывает ее на руки.
Китнисс смотрит на кровь, уже выступившую на куртке, и шепчет…
— Пит…
— Нет, нет, Китнисс…
— Пит! — странно. Жизнь стремительно покидает ее тело, а голос звучит громче и настойчивее, — Пит, проснись!
Повинуясь ее словам, Пит открывает глаза и натыкается на обеспокоенный взгляд стальных глаз.
— Я…
— Ты кричал во сне… И звал меня… — испуганный тон.
— Все хорошо… Уже все хорошо…
Она жива и это главное.
— Ладно. Пусть так. И знаешь… Раз ты проснулся, нужно уходить отсюда. Здесь мы как на ладони — отличные мишени, — она помогает ему одеться, — Может, ниже по ручью мы найдем укрытие, и ты там отлежишься.
С ее помощью он встает. Делает несколько шагов и ноги подкашиваются, отказываясь служить ему. Он честно делает еще несколько попыток. Увы.
Китнисс с жалостью смотрит на него, прикидывая варианты. Наконец, какое-то решение приходит в ее голову:
— Ты слишком слаб. Давай переночуем в пещере, здесь, недалеко.
С горем пополам они добираются до места. Пит задыхается, как будто весь воздух разом выкачали из него. И дрожит так, что профи на другом конце Арены, должно быть, слышат звяканье его зубов.
Китнисс насыпает на пол пещеры сосновых иголок и расстилает спальный мешок. Под ее чутким руководством он принимает две таблетки и заползает в мешок. Он смотрит на девушку, о которой грезил годами и не верит своему счастью. Мимолетному. Но все же.
Она здесь.