— Аута, воды… он потерял сознание!
Аута, вскочив на ноги, быстро перевел. Один из чужеземцев подошел к ним с какой-то высокой коробкой и стал водить ею возле сердца старца. Тефнахт и Аута озабоченно следили за происходящим. Великий Жрец пришел в себя и, улыбаясь, сказал:
— Аута, сын мой, принеси мне воды.
Раб направился к двери, переводя по дороге чужеземцам слова старца. Тефнахт остановил Ауту:
— Почему уходишь? Возьми воды у них!
Дойдя до двери, Аута ответил:
— У них воды немного, господин, и они говорят, что не решаются дать нам ее, так как не знают, можно ли ее нам пить. Я схожу в палатку.
Он вышел. Оба жреца со страхом огляделись кругом.
Оставшись без Ауты, они почувствовали себя одинокими и слабыми, словно вся их великая сила осталась на пшеничном поле.
Один из чужеземцев, чтобы чем-то занять время, поднялся и, положив осторожно руку на плечо старца, другой указал ему на нечто напоминающее белое зеркало. Великий Жрец и Тефнахт посмотрели, куда указывал чужеземец, и застыли от удивления. В зеркале они увидели Ауту, который, стоя около палатки, брал из рук слуги кувшин с водой. Чужеземец, стоящий около зеркала, потянул сверху за какие-то рукоятки, повернул что-то вроде крючков, и вдруг на белом квадрате появилось черное небо, усеянное звездами. Казалось, небо летит сквозь чудесное зеркало. Затем полет остановился, старец среди множества звезд узнал маленькую красную Звезду Войны. Показав на нее, чужеземец обвел рукой помещение. Затем он открыл в круглой стене нечто похожее на шкаф и вынул оттуда тонкую черную пластинку, которую взволнованный жрец взял трясущимися руками. Пластинка выскользнула из его рук и упала. Старец побледнел, не смея взглянуть вниз, но чужеземец наклонился, поднял ее и отдал снова ему в руки. Пластинка даже не согнулась.
Великий Жрец внимательно посмотрел на нее: это был участок неба с большими и малыми, светлыми и темноватыми звездами. Чужеземец дотронулся пальцем на пластинке до зеленоватой, окруженной легким кольцом туманной звезды. Затем, улыбаясь, на языке атлантов произнес:
— Земля.
Жрецы вздрогнули. Лицо старца, вначале растерянно следившего за знаками чужеземца, вдруг осветилось пониманием того, что рассказывал чужеземец. Обращаясь к Тефнахту, старец произнес:
— Вероятно, она такой кажется с их стороны… Ты понимаешь, Тефнахт, насколько все это поразительно? Кто бы мог поверить, что звезды на самом деле больше, чем это мы видим! А Земля является планетой и видится вот такой. Мне кажется порою, что схожу с ума, Тефнахт. Я даже не предполагал этого и был совершенно не подготовлен к таким вещам. Так разве от этого всего нельзя сойти с ума, Тефнахт?
— Думаю, что нет, высокочтимый, — тихо сказал жрец Бога Силы.
— И чужеземцы перед нами, Тефнахт! Мы даже в мыслях не допускали, что такое могло случиться, и вот видишь, они у нас… или мы у них! Я даже не знаю, как сказать… У меня раскалывается голова.
— Хочешь, чтобы она не болела, высокочтимый? — спросил Тефнахт. — Надо выйти отсюда.
Но Великий Жрец отрицательно покачал головой. В этот момент возвратился Аута с кувшином.
— Почему так долго? — спросил Тефнахт.
Аута рассмеялся:
— Сначала все испугались, увидев меня с шаром на голове, а потом стали щупать, чтоб убедиться, уж не привидение ли я.
Старец больше не хотел пить. Он понял, что для этого необходимо снять шар, а это значит — надо выйти из башни. Чужеземцы с любопытством смотрели на кувшин. Тот, у кого была более густая шевелюра, взял прозрачную, закрытую с одного конца трубку и наполнил ее водой, затем надавил на полу какую-то косточку и уселся на стул, уже хорошо известный Ауте; стул поразил жрецов, когда они увидели, как он поднимается с чужеземцем к сводчатому потолку помещения.
— Что он хочет делать? — спросил Великий Жрец.
Аута спросил чужеземцев, потом перевел:
— Хотят узнать, пригодна ли для них наша вода.
— А что, они совсем не пили нашей воды, с тех пор как прибыли сюда?
— Нет, господин. Они сами делают воду.
У Великого Жреца от изумления сделались большие глаза. Тефнахт, сохраняя достоинство, пожелал узнать поподробнее:
— Кто ее делает?
— Видимо, эта женщина.