— Да, — сказала мельничиха. — Слишком весело для пасторского дома. — Слово «пасторского» было произнесено не без суровости.
Дочь мельничихи Хелене стояла рядом с матерью. Она предпочла уклониться от игры.
Мельник с женой отстроили себе новый дом, они хотели быть на виду в округе. Дважды в год они принимали гостей, и те чинно сидели, таращась на новую мебель. Мебель так и оставалась новой.
В гостиной повсюду были разложены вещицы, вышитые руками фрекен Хелене.
В будни семья ютилась в старом флигеле. Раз в неделю новый дом протапливали, чтобы мебель не испортилась.
Фрекен Хелене была единственной дочерью. Ее наставнице фрекен Иенсен поручили с особым усердием налегать на иностранные языки. Фрекен Хелене была первой модницей в округе и питала неукротимое пристрастие к золотым безделушкам. Но дома какое бы платье она ни надевала, она ходила в серых войлочных туфлях и белых бумажных чулках.
В гостях она чуть что обижалась и с кислой миной усаживалась возле матери.
— Вы правы, — говорит фру Абель, — мои птенчики тоже считают, что здесь бывает чересчер уж весело…
— Мама, — заявляет Малютка-Ида, — дай мне твой носовой платок.
— Сию минуту.
Малютка-Ида довольно бесцеремонно выхватывает платок у матери.
Малютке-Иде по роли понадобился ночной чепец, а она обнаружила, что ее собственный носовой платок не отличается безукоризненной чистотой.
— Ах, они так увлечены игрой, — говорит фру Абель жене мельника.
Шарады кончились, до ужина решили поиграть в жмурки. В зале поднимается визг и такая беготня, что, того гляди, обвалится старая печка.
— Ой, печка, — кричит молодежь. — Осторожней, печка!
— Я здесь, ау, я здесь!
Малютка-Ида так устала, что рухнула на стул. Она с трудом переводит дух, до того у нее колотится сердце.
— Потрогайте. Слышите, как бьется, — говорит она и прижимает руку лейтенанта к своей груди.
Катинка водит — ее так закружили, что она еле стоит на ногах.
— Нет, вы только поглядите на мою прелесть, — кричит фрекен Агнес…
— Ау! Ау!
Катинка поймала Хуса.
— Кто это?
Он наклоняется, Катинка ощупывает его волосы.
— Это Хус, — кричит она.
Старый пастор Линде хлопает в ладоши, созывая гостей к столу.
— Хус, что с вами? — говорит Катинка. — Случилось что-нибудь?
— С чего вам вздумалось?
— Вы что-то невеселы в последнее время… не такой, как раньше…
— Ничего не случилось, фру Бай…