— Да посылку Чужому передать нужно было. Мы и правда в патруле, но и посыльными нас часто используют.
Все. Сломался полностью. По глазам видно — потухли.
— Что за посылка?
— Не знаю. — Видя, что я недоверчиво качаю головой и поджал губы, зачастил: — Да честно не знаю я! Там внутрь не посмотришь, ящик запечатанный. Мы часто так возим. Ставят нас на маршрут, куда посылку отвести нужно, передаем, а потом уже на точку едем, наблюдать за округой начинаем! Он на спальнике сзади лежит. — Угадал он мой следующий вопрос.
— Почему людей у вас так мало? Если вы и посыльные, и патруль, вдруг посылку попытаются отобрать?
— Да тут наша территория, тут никого нет чужих, а кто попадается, мы и сами прекрасно справляемся. Тем более, никто не знает, что мы посылки возим, на этот счет особо предупреждают, чтоб не болтали. Кто болтал, тот давно к внешникам отправился.
— Территория часто патрулируется?
— Обычно нет. Мы больше по точкам стоим, наблюдаем. Но сейчас будут часто курсировать, кластер перезагрузился, тут начнут попадаться не только мутанты, но и иммунные на дорогу иногда выходят: то грибники вылезут, то охотники. Или как баба эта чокнутая…
Не понравилось ему от девчонки по морде получать. Обиделся бедолага.
— Что-то я не заметил частые патрули.
— Да они сейчас мулов охраняют. Там дальше по трассе поселок большой перезагрузился, вот и шерстят его. Но уже скоро возвращаться будут. Тогда наши к основным патрулям и присоединятся. А вообще везучий ты тип, но это не на долго.
— Это ты к чему? — Реально удивился.
— Понял я, кто ты такой. — И такое сожаление во взгляде.
Я вопросительно кивнул головой. Продолжай мол.
— Повезло тебе из заповедника выскочить. Внешники там всю горловину сигналками засеяли. А ты возьми и сразу после перезагрузки проскочи. Они там сейчас опять все засевают, а ты уже тут.
— С этого места по подробней. — Подобрался я.
— Да что там по подробней… Внешники горловину засеяли и беспилотники туда гоняют: на каждое срабатывание датчика, проверять вылетают. А по земле, в заповеднике наши все вокруг города и вдоль дороги просеивают, поэтому и патрулей меньше обычного.
Действительно повезло. Но я их и не слышал, как они там поисками занимаются?
— Очень уж тебя внешники видеть хотят, за живого две белые жемчужины обещают, за мертвого — одну. Объявили об этом всем, так что Лютый и не смог людей удержать, многие ломанулись тебя ловить.
— Как узнал, что это я вообще?
— А кто еще тут в одежде и броне внешников ходить будет, у нас только у Лютого и его приближенных такая есть. А так тебе повезло, что лица твоего на видео не смогли рассмотреть. Если где и мелькал, то видно только грязную морду в панаме. Но все равно найдут. Так что, даже если здесь пройдешь, потом рейдеры тебя сами и притащат к внешникам, никуда ты не денешься. Ты уже труп, как не бултыхайся в этом болоте.
— Уже слышал такие слова в свой адрес, так что мы еще по бултыхаемся. — Но к сведению я все это принял.
А вот с броней и одеждой это палево. Они меня по ней быстро вычислят. А вообще не может быть, чтоб никто не носил такую. Я же добыл.
— Что, больше никто в такой броне не ходит?
— У нас нет, а там… — кивнул в сторону. — Только стронги такую носят и богатеи в стабах. Но они сюда не заходят, тут наша территория. Так что, в такой тут только ты, у кого еще есть такая броня.
— Кто такие стронги?
— Да рейдеры непримиримые. Воюют с нами и на внешников засады устраивают. Не могут они смириться с тем что мы существуем.
— Понятно. Что за белый жемчуг?
— Об этом не буду говорить!
— Это почему.