Древнейшие страницы истории человечества: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

В общих чертах градация памятников каменного века выглядит так: 1) долговременная стоянка (или базовый лагерь) — место жизни определенной группы людей, обитавших здесь в течение большого отрезка времени с перерывами или без. Набор орудий обычно богатый, показывает, что здесь изготовлялись или окончательно обрабатывались орудия, выделывались костяные изделия, культурный слой наполнен золой и углем, кухонными остатками и иногда имеет мощность в несколько метров;

2) мастерская — место, где подготавливались заготовки, грубо обрабатывались нуклеусы и иногда делались окончательные орудия. В отличие от долговременных стоянок, здесь домашней работой не занимались. На месте мастерских обычно находят большое количество всевозможных отбросов, получавшихся при предварительной обработке нуклеусов, желваков или галек;

3) стоянка-мастерская — несколько компромиссный термин. Им специалисты хотят подчеркнуть, что в данном случае люди не только делали заготовки для орудий или сами орудия, которые затем уносили на долговременные стоянки, но и жили здесь же, и в коллекциях, собранных на такой стоянке, помимо нуклеусов, осколков и первичных сколов, характерных для мастерских, имеется набор законченных обработкой и побывавших в работе орудий, свойственный для собственно стоянок;

4) охотничий лагерь — место, где охотники разделывали тушу убитого ими на удачной охоте животного, причем орудия (за исключением, может быть, нескольких наиболее сложных) они не приносили с собой, а делали тут же, так сказать, на скорую руку. Иногда такие лагеря дают довольно хорошую коллекцию орудий, а их раскопки позволяют представить ту площадь, которую люди освоили в процессе обработки и использования добычи.

Кроме четырех основных памятников каменного века, в специальной литературе можно встретить и такие названия, как «пункт», «точка», «местонахождение». Они обычно означают, что здесь произведены сборы на поверхности, культурный слой не сохранился.

В отдельных случаях археологи проводили сложный и тонкий анализ, позволяющий создать довольно точную картину расположения на ограниченной территории базового лагеря, мастерской или мастерских, стоянок-мастерских, охотничьих лагерей, местонахождений и т. д. Иногда удается очертить район охотничьих угодий племени, общины или другой группы первобытных людей.

Так, археолог В. П. Любин, изучая культуры Кавказа, создал достаточно четкие критерии для подразделения базовых лагерей, охотничьих временных стоянок, мастерских.

Английские ученые разработали интересную схему, базирующуюся на изучении природных ресурсов палеолитического времени и рисующую зоны возможного влияния и действия первобытного человека.

Такие реконструкции создают возможность для реальных палеоэкологических и палеоэкономических выводов.

1.5. Могут ли каменные орудия ответить, когда их сделала рука человека?

Могут ли сами орудия каменного века, как любят говорить археологи, датировать стоянку?

Ответить на этот вопрос не так-то просто. Надо сказать, что в одних случаях каменные орудия сами рассказывают о своем возрасте, а в других — нет.

Поясним эту ситуацию следующим образом.

В течение каменного века технико-типологическая основа каменной индустрии неоднократно менялась. Так же в настоящее время меняются типы автомобилей или самолетов. Человек, родившийся на рубеже XX в., видел самое начало воздухоплавания, первые полеты аэропланов, и он же был свидетелем полетов космических аппаратов.

Процесс развития и модернизации охватывает абсолютно все стороны техники. Он приводит время от времени к так называемым техническим революциям, представляющим собой своеобразные взрывы, скачки в технической оснащенности человечества. Мы живем в период такого скачка, связанного прежде всего с развитием электроники.

Процесс технической вооруженности первобытного человека также испытывал определенные изменения, находился в развитии, время от времени и здесь происходила смена технологической основы, палеолитических индустрий. Мы часто не можем объяснить причины, вызывающие эти смены индустрий каменного века. Трудно достаточно точно определить, являются ли они результатом внутреннего развития предшествующих технических приемов или же связаны с влиянием извне — непосредственным переселением племени — носителей иных культурных традиций или проникновением идей. Но, в отличие от современности, изменения в технике раскалывания камня и в типах орудий происходили крайне медленно, и чем дальше в глубь веков, тем меньше изменений можно проследить, тем длительней периоды между подобными изменениями.

До начала 50-х гг. нашего века археологи, изучающие каменные индустрии, производили датирование вновь открытых археологических памятников при помощи так называемых руководящих форм — наиболее ярко выраженных орудий. Теперь же обязательно принимается во внимание характер совокупности всех технико-типологических признаков индустрий. Сравнивать стало труднее, зато результаты являются более достоверными.

Дело в том, что имеется определенная линия, я бы сказал, «классических» индустрий палеолита, которые развиваются во времени и могут быть датированы самим археологическим материалом, хотя бы в широких временных рамках, без помощи смежных наук. Назову пока только основные этапы, представленные этой линией. Это развитый ашель (иногда говорят: средний и поздний ашель) с датой 250—100 тыс. лет до н. э. Для индустрии ашеля на всех континентах одинаково характерно такое орудие, как ручное рубило (другое название — бифас). Мустьерская эпоха датируется 100—40 тыс. лет до н. э. Мустьерская индустрия дает очень стандартизованные заготовки (отщепы и пластины), отличающиеся пропорциональностью и правильностью формы, и орудия из них, среди которых преобладают остроконечник и скребло.

Имеется еще одна эпоха палеолита — поздний палеолит (40—10 тыс. лет до н. э.). В классическом регионе, где возникла наука о палеолите,— во Франции поздний палеолит разбивается на четыре культуры: перигордийскую, ориньякскую, солютрейскую и мадленскую. Для позднего палеолита характерна тонкая, снятая при помощи отжима со специально подготовленного нуклеуса призматическая или ножевидная пластина. Эта пластина служит основанием для производства таких орудий, как резец, концевой скребок, и др.

Однако, во-первых, внутри этих больших периодов далеко не всегда удается произвести более детальную разбивку по времени, а ведь сроки здесь немалые: 150, 60, 30 тыс. лет. Во-вторых, в отдельных случаях имеет место смешение некоторых элементов ашельского, мустьерского, позднепалеолитического комплекса. Так, в отдельных случаях отмечается существование бифасов ашельского облика в позднем палеолите или даже позже, мустьерские приемы обработки установлены в некоторых коллекциях памятников позднего палеолита и мезолита. По-настоящему серьезное определение возраста памятников по археологическому материалу можно произвести только при работе с большим и несмешанным комплексом изделий отдельно взятой эпохи.

Еще труднее дело обстоит со второй из двух главных линий развития палеолитических индустрий — с галечными индустриями. Здесь нужны куда более тонкие методы для временного расчленения индустрий, а их пока еще нет. За последние 20 лет археологи с некоторым удивлением убедились, что ведущие формы орудий комплекса галечных индустрий, такие, как чопперы и чоппинги, практически неизменны по технике выделки и своим формам, начиная от самых ранних этапов олдувайской культуры (более 1,5 млн. лет назад) и кончая неолитическими галечными индустриями (6—4 тыс. лет до н. э.).

Это был настоящий археологический конфуз!

Но мало этого. Ведь и сопровождающие чопперы и чоппинги другие изделия тоже, оказывается, не могут служить для датировки. Так, долгое время признаком большой древности считались так называемые клектонские отщепы — крупные и мелкие, но всегда с широкой, гладкой ударной площадкой, скошенной под большим углом к отбивной поверхности, над которой заметно выступал массивный, плоский ударный бугорок. Теперь оказывается, что клектонские отщепы могут сопровождать любой этап развития галечных культур. Таких примеров можно привести очень много.

Какие же выводы можно сделать из этих рассуждений?

Первый — датирующие возможности самого археологического материала существуют, но имеют ограниченный характер.

Второй — каждый исследователь должен подходить к определению возраста археологических памятников, при наличии только коллекций орудий, с большой осторожностью.

Третий — в случае, если мы имеем дело с классической линией развития каменных индустрий, археологические памятники, как правило, дают возможность определять время их существования в рамках эпохи, а для позднего палеолита — культуры.

Четвертый — для галечных культур определить возраст памятника вне контекста других данных по меньшей мере рискованно, а практически — и невозможно. Требуется привлечение данных других дисциплин, которые должны помочь установить возраст интересующих нас орудий, но не через сами орудия, а через возраст вмещающих их отложений.

1.6. Археологические часы — датировка памятников

Но, заметит знающий читатель, и у тех дисциплин, к которым собирается обратиться археолог, наверное, тоже есть свои — и серьезные — трудности! Можно ли им безоговорочно верить? И получится заколдованный круг — эти дисциплины должны поддерживать археологию, а им самим иногда требуется поддержка со стороны археологии!